Ведьме в космосе не место

Я старалась уловить в потоке незнакомых звуков смысл спора, который продолжал набирать обороты. Выражение лица старика стало язвительным.

С моей точки зрения, диалог мог бы быть таким:

– Дурак! Зачем ты притащил ко мне это? Она голая и в шкуре.

– Как? Мне… (интересно, а сколько ему лет? я думаю, вот так можно выглядеть в пятьсот лет, при средней продолжительности в двести). Мне пятьсот лет. Мне ничто не поможет. Мне не интересна голая женщина. Верни ее назад, откуда взял.

К моему удивлению, старик махнул рукой в сторону двери. Не знаю, сколько правды было в моей выдумке, но я себя почти убедила.

И этот жест совпал с моими мыслями просто невероятным образом.

Я вопросительно посмотрела на Ворона. Он вышел и почти сразу же вернулся с большой коробкой, прошел к столу и резким движением смел бумаги.

– Смотри, – обратился он ко мне на общем, грохнув коробкой о столешницу.

Я с опаской заглянула внутрь. Там переплелись шнурки, медальоны, бусы, перья, какие-то печати с нанесенными символами, бубен, свечи разных цветов. В общем, полный набор магических предрассудков.

Ворон был раздражен. Клюв его маски приблизился вплотную к моему носу.

– Ты избавишь его от болезни, – он указал на старика рукой. Фраза получилась четкой и правильной. – Инструменты, – кивнул на коробку.

Я смотрела на этот хлам и лихорадочно соображала, что же мне делать. Ворон ждал. И терпение его таяло с каждой секундой моего промедления. Я это чувствовала.

Нужно было действовать. Срочно!

Я расправила плечи, бросила на своего «хозяина» холодный взгляд и обратилась к старику:

– Вы меня понимаете? Вы говорите на общем языке?

– Как давно вы страдаете?

Он не ответил. Ворон тоже хранил молчание, скрестив руки на груди.

Видимо, раз я ведьма, то дополнительной информации мне не полагается. Правильно, зачем…

Неожиданно старик сильнее вжался в подушки, на лбу у него выступил пот. Его скрутил жестокий приступ боли, который длился несколько минут. После чего он обессиленно прикрыл глаза.

Я понятия не имела, что за болезнь его терзает, и выяснить это не представлялось никакой возможности. Но перед мысленным взором предстал образ темного подвала и раскаленной кочерги.

Нужно выиграть время. Я, конечно, очень сочувствую этому несчастному, но себе я сочувствую все-таки больше.

Подойдя к кровати, я простерла руки над стариком. Ворон с интересом следил за моими движениями. Покачиваясь из стороны в сторону, я прикрыла глаза и стала медленно кружиться. Ворон приблизился почти вплотную. А я вошла в роль. Резко остановилась и, передвигаясь большими шагами, бросилась к коробке и выхватила бубен. Я несколько раз ударила по нему рукой, вскрикнула и растянула губы в диковатой улыбке.

Я призывала на помощь всю свою ведьмовскую уверенность и везение.