Вегетация

— А что надо сделать?

— Судорогу пустить. Прищемишь лес — и судорога покатится. До реки или до болота, там всегда всё остужается. Судорога и шарахнет по этим пидорам.

— Да хер я знаю! Ты вот лошади порежь бок ножом — чё будет? Может, укусит тебя, может, лягнёт, может, убежит. И лес так же, только он не убегает.

— Ну, давай порежем его, — согласился Типалов. — Как и где?

Щука снова уставилась в монитор, шмыгая носом.

— Судорогу лучше сверху вниз пускать и по всяким оврагам. Сам смотри. С моста вот вмятина до горы, — Щука ткнула пальцем в лощину. — На горе, вот за эту сторону, лесу надо боль почуять, и судорога до моста пойдёт.

— Это гора Нары-Мурун, — пояснил Холодовский.

— А какую боль причинить лесу? — допытывался Типалов.

— Вырубку или пожар. Или отравой широко полить. Чё замастыришь.

— Не полезем же мы туда пожар устраивать! — буркнул Холодовский.

Егор Лексеич глубоко задумался и вдруг словно просветлел:

— А ведь нам, Саня, с партизан достался автоклав с пиродендратом! Твой коптер занесёт бомбу на ту гору. Взрыв — он не хуже пожара или вырубки!

Холодовский не поверил Ведьме, но Егора Лексеича очень воодушевила идея воздействовать на лес взрывом.

Он вытащил из мотолыги автоклав и ложкой переложил в пластиковую банку три кило вязкой взрывчатки — груз больше трёх килограммов коптер поднять бы не смог. Впрочем, такой объём пиродендрата был сопоставим с целой бочкой гексогена. В пластичную массу Егор Лексеич до верхушки вдавил стержень электродетонатора. Холодовский подцепил бомбу к автоматическому захвату, на который к коптеру обычно подвешивали дополнительное оборудование. Маленький вертолётик, натужно жужжа, поднял банку в небо и полетел на запад, к хребту Нары и горе Мурун.

— Егора, Саня, кушать идите! — позвала Алёна. — Обед готов!

Бригада расположилась вокруг котла. Щука сидела вместе со всеми.

— Обожди, Алён, я занят!.. — ответил Егор Лексеич.

Они с Холодовским увлеклись, как дети.

За считаные минуты коптер добрался до Муруна. Лесистый купол горы поверху коробился буро-белёсыми скалами. Коптер разжал лапки захвата, и банка с пиродендратом камнем канула вниз, в зелень. Холодовский отвёл аппаратик подальше в сторону, чтобы не сбило ударной волной.

Егор Лексеич на экране планшета нажал на панельку «активировать».

Из кудлатых зелёных зарослей на склоне Муруна выскочил серый столб дыма, пыли, древесного праха и сорванной хвои. Камера не транслировала звук, всё происходило в жуткой тишине. Вокруг столба вниз по склону по дуге медленной и тяжкой волной начали безмолвно рушиться деревья, образуя ровный веерный вывал. Издалека и сверху это выглядело даже красиво — будто взрыв величественно развёл руки, распахивая объятия в сторону долины.