Вера в ближнего

Круто стреляешь, про тебя реально люди не врут. Но, ребята, понимаете, такими крутыми быть нельзя. Это называется эгоизм. Знаете, что такое эгоизм? Это когда все под себя гребут. Надо ведь и другим хоть чуток оставлять. Я за этими убогими с самого утра гоняюсь. Почти за вымя их потрогал, уже руку протянул. И тут вы нарисовались. Ну здравствуйте. И за что мне такой облом?

— Эй, не нервничай, чувак, — сказал Орех. — Какие проблемы? Это ведь Черти, и у нас с ними терки. Так нам что, смотреть на них и улыбаться? Что за наезд вообще?

Жук хлопнул себя по груди:

— Где ты наезд видел? Разве не видишь, я тут не угрожаю и не жалуюсь.

Я просто не врубаюсь, чего вы на них такие злые? Вы вроде как Трубача слили и берлогу его разнесли. Все, ребята, это круто, после такого надо идти отдыхать. Остальное другие доделают. Тут много хороших людей, которым это в кайф. Например, я. Ты, — палец почти уперся в Читера, — вроде как на восток торопился. Так чего остановился? Вот и торопись дальше. Движение — это твое все. Двигайся. А тут и без тебя все нормально будет. Чертей у нас столько раз сольют, сколько понадобится для полной зачистки этого гнуса. Не останется их. На ноль помножим каждого. Вот тут, — Жук неопределенно указал себе за спину, — у наших своя поляна намечается. Там есть башковитые командиры и хватает серьезных ребят. И вам там всегда рады. Прямо сейчас в чате приветы вам передают. Не все верили в сказку про Читера, а тут раз, и ты передо мной стоишь. Хороший сюрприз. Так что, станет скучно, приходите в гости. В любое время приходите. Но это потом. А сейчас никаких гостей. Без обид, но вы ведь видите, что тут творится. Так мы договоримся?

Читер, запутавшись в потоке слов нового знакомого, с надеждой покосился на подошедшего Марта.

Но и лидер тоже столкнулся с похожими проблемами, о чем сразу же сообщил:

— Парень, мы тебя вообще не знаем. И о чем ты сейчас, тоже не знаем. Нам вообще все эти ваши дела неинтересны. Мы просто мимо ехали и случайно напоролись на этих нехороших людей. Они нас попытались слить, но слились сами. Какие тут могут быть претензии?

— Да нет к вам никаких претензий, все четко и ровно. И вообще, ребята, говорю же, я ваш фанат. В смысле наслышан, интересовался, уважаю, искренне рад встрече.

Но извини, я тебе не поверю. Без обид, но вы ведь просто маньяки. Все знают, что ты, Читер, с Трубачом и с его крепостью сделал. Говорят, ты со своим другом на трупе его танцевали. Если честно, я глумление над трупом не одобряю, но понять могу. Он такую некрофилию заслужил, давно нарывался. Я это к тому веду, что вы никак не могли напороться на этих дятлов просто так. Тут Чертей организованных почти не осталось. Эти, считай, последние. И вдруг они выскакивают прямо на вас. Неправдоподобно смотрится.