Вера в ближнего

Губы танкиста расплывались в широченной улыбке, в руках он держал автомат, из ствола которого струился едва заметный дымок.

— Читер, ты как? Норма?

— Разве похоже, что я в норме?

— Не, я не о том. Все нормально? В целом?

— Да, Жук, нормально.

— А чего так долго? Почему сразу не просигналил? Чего ты ждал?

Читер покосился на целительницу и ответил задумчиво:

— Даже ублюдки имеют право на последнее слово. Сойка, подними меня.

— Ч… что? — непонимающе спросила девушка, не сводя взгляда с тел.

— Я не притворялся, мне действительно лекарь нужен. Вылечи меня, и пойдем.

Да уж, или Ганг был прав, или девушка в таком шоке, что не понимает простейших вещей.

— Этих уродов ты больше никогда не увидишь, — четко и неспешно заявил Читер. — Они здесь останутся, а тебя мы переведем в другой регион. Тебе там понравится. Извини, что мы раньше их не прикончили. Не понимали, что с ними не так. Но лучше поздно, чем никогда. Все кончено.

Отвернувшись от мертвецов, целительница покачала головой и на удивление ясным голосом произнесла:

— Нет. Ничего не кончено. Ты не понимаешь.

— Ошибаешься. — Читер нашел в себе силы усмехнуться, хотя мимика давалась ему все труднее и труднее. Он, похоже, на волосок от смерти болтается.

Но сейчас не тот момент, чтобы жестко потребовать немедленно себя излечить, наплевав на все прочее. Никакого принуждения быть не должно. Сойка только что осталась без старого хозяина, занимать его место — скверный вариант.

Пусть остается вакантным.

— Сойка, я мало разбираюсь в умениях. Но кое-что знаю. У тебя, я так понимаю, с Гангом умение Смертельная связь. Так?

— Да, — кивнула целительница.

— Я о таком читал. Редкое и почти бесполезное. Это как замена золотому жемчугу. Но плохая замена, дешевая. Если носитель умения погибает, тот, кто к нему привязан, тоже погибает и воскресает рядом с ним. Сколько у тебя осталось времени? Сутки?

— Где-то так. А потом все… конец… — потерянно ответила Сойка, после чего вскинулась и затараторила: — Я пыталась. Я не раз пыталась. Я не… Я не знала, он заставил. Он… он… Он глаза… глаза моему парню выдавил. И смеялся. Тогда у меня был парень. Заставил смотреть, как… как это… Он все заставил смотреть, он ведь псих. Я ведь даже не поняла, что он тогда сделал со мной. Сначала не поняла. Нет, мне нельзя без него теперь. Что ты наделал?!

— Ты разве не можешь отменить связь?

— Можно, — так же торопливо ответила Сойка. — Но это три дня придется ждать. А меня к нему бросает раньше. Убивает и бросает.

— Но режим отмены при этом не отключается? — уточнил Читер.

— Нет, не отключается. Ну и что с того? Он ведь заставляет остановить отмену. Он… он… я же никак… Я не могу ничего… Я должна делать то, что он… Должна! Должна!..