Вера в ближнего

Но сейчас он сразу понял, что Орех ведет в не самую фешенебельную его часть. Можно даже сказать прямо: таинственная целительница обитала в трущобах, куда порядочные игроки не заглядывают. Местные жители несколько месяцев назад начали возводить здесь несколько больших зданий, но затем строительство почему-то заглохло. Возвышались пустые коробки из шлакоблоков и бруса, их окружали котлованы и траншеи под коммуникации, горы неиспользованных материалов и всевозможного хлама. Безденежные обитатели стаба и его небогатые гости устраивали временные обиталища как в недостроенных домах, так и в многочисленных закоулках.

Из брошенных досок, фанеры и прочего ставили на скорую руку убогие хибары. Совсем уж нищие довольствовались самодельными палатками из грязного пластика, кусков брезента, тряпья, рубероида и прочего барахла.

Вот к одной из таких неказистых палаток и направился Орех. Бесцеремонно начал ее раскачивать, выкрикивая при этом:

— Рота, подъем! Подъем, вам сказано!

— Заглохни! — рявкнули нехорошим голосом из соседней палатки.

Не обращая внимания на грубую просьбу, Орех пригнулся, наполовину забрался внутрь и, продолжая выкрикивать те же слова, начал вытаскивать на улицу человека, уцепившись за его стопу.

Не выдержав, невежливый сосед показал из палатки давненько не бритую рожу и часть торса, расписанного безвкусными татуировками, рявкнув при этом еще раз:

— Хочешь, я тебя порежу?!

Орех на угрозу тоже ответил грубостью:

— Ты кто вообще такой? Откуда вылупился? Я тебя не знаю.

— В логе увидишь кто. Когда на помойке реснешься.

Ореха угроза не напугала, он продолжал в том же духе:

— Слышь, пацан, кто это тебе столько партаков набил? О, да он был мастер.

Вы прикиньте, он даже стрелку к заднице нарисовать не забыл, чтобы кореша дорогу не потеряли.

— Ты че сказал?! — взревел оскорбленный, прямо из воздуха выхватив длинный нож и поднимаясь во весь свой немаленький рост.

Читер не хотел лезть в неинтересный и непонятный конфликт, но пришлось вытаскивать пистолет. Направив оружие на небритую жертву криворукого татуировщика, он относительно вежливо попросил:

— Успокойся, мы сейчас уйдем.

— А если я не успокоюсь? — ничуть не испугался громила.

— Если не успокоишься, Читер тебе член на хрен отстрелит, — пояснил Орех.

 — Мишень, конечно, без микроскопа не увидишь, но он не промажет. Да он даже целиться не будет, это ведь тот самый Читер.

— Тот. Самый. Читер, — четко разделяя слова, повторил Орех.

— Так ты Орех? Че сразу сказать не мог? — резко успокоился небритый, пряча нож. — Чего сразу грубить? Неправильно это.

Читеру последние фразы незнакомца показались наигранными. Да и непоследние тоже. Будто любительский спектакль. Но мало ли что, может, у него такая манера общения.