Верка

Верка достала свиную тушенку, купленную в торгпредстве, и пока Антал ее открывал, нарезала хлеб и расставила тарелки. Антал взялся за повязку, оттянул от подбородка бинты и сказал:

– Знаешь, Верочка, нам стоит остаться ночевать здесь. А чтоб уснуть, предлагаю выпить по стакану крепкого.

– Я согласна: лучше погибнуть во сне, чем в сознании, особенно когда душа переполнена страхом. Сейчас схожу наверх за бельем, потому что потом будет лень подниматься, а спать на голом матрасе, укрывшись тонким одеялом, не хочется.

– Только будь осторожнее: можно порезаться стеклом.

– Не беспокойся: я вижу во тьме как кошка, – задорно ответила Верка и открыла люк.

Уже на лестнице она почувствовала острый запах гари, а поднявшись в квартиру, увидела, что Будапешт горит. Зарево дальних и близких пожаров было видно из всех окон виллы, иногда к бушующему огню присоединялись вспышки взрывов, орудийной и пулеметной пальбы. Это напоминало ей дальнюю грозу в донецкой степи, когда видны лишь всполохи, но не слышно раскатов грома. На самом деле звуки разрывов и пушечных залпов доносились сюда, и воздух содрогался от их резких волн, но они казались слабеньким подражанием только что закончившегося ада.

– Ну, как там? – спросил Антал, когда она спустилась в спасительное подземелье.

– Много пожаров, пушки по-прежнему палят, но, кажется, не так рьяно.

– Я отведал тушенку – необыкновенно вкусная. Предлагаю вскрыть еще одну баночку и наполнить стаканы…

К утру основные бои откатились от Будапешта куда-то на северо-запад, а над городом висела густая пелена дыма, пыли и копоти. В квартире царил холод, ощущалась разруха, беспорядок и отчуждение.

В доме не было ни газа, ни воды, ни электричества, а гулявший по нему вдоль и поперек ветер нагонял тоску и уныние. На улице не было слышно звуков городского транспорта, вместо них время от времени тарахтели двигатели танков, лязгали гусеницы, вспыхивали и быстро замирали в разных точках города перестрелки. Верка попросила Антала принести из чуланчика мешок каминных дров и развести огонь, а сама принялась убирать битые стекла. Закончив уборку, она сделала жидкое тесто, а когда в камине появились угли, напекла оладий. Завтрак получился простой, но горячий и очень вкусный.

– Надо каким-то образом вырваться на завод, узнать, как там дела, а заодно договориться о ремонте виллы, – сказал Антал.

– А домой? Не надо ли тебе появиться дома? – спросила Верка.

– Надо, но сейчас важнее другое.

– На вилле достаточно занавесить окна. Может, все-таки подождать с выходом в город? Надолго ли затих артиллерийский кошмар?

– Все же, Верочка, следует сходить.