Весенний скандал

После такого объяснения ему захотелось чего-нибудь покрепче эля.

После отъезда Уэстклифа и Мэтью Свифта в Бристоль в поместье стало неестественно тихо. К облегчению Лилиан и Дейзи, Уэстклиф устроил для старших Боуменов поездку в Стратфорд-он-Эйвон вместе с соседями. Им предстояла целая неделя банкетов, лекций, прогулок, музыкальных вечеров. В Стратфорде проходил фестиваль, посвященный двухсот восьмидесятилетию со дня рождения Шекспира. Как Уэстклиф ухитрился отправить туда родителей, для Дейзи осталось загадкой.

– Трудно меньше интересоваться Шекспиром, чем наши мама и папа, – изумленно сказала Дейзи старшей сестре, когда карета родителей скрылась из виду. – Поверить не могу, что папа выбрал поездку на фестиваль вместо Бристоля.

– Уэстклиф не собирался брать отца с собой, – с печальной улыбкой сказала Лилиан.

– Почему? В конце концов, это папин бизнес.

– Да, но когда дело доходит до переговоров, отец становится, на британский вкус, слишком грубым. При его участии в разговоре очень трудно прийти к соглашению. Поэтому Уэстклиф так обставил поездку на фестиваль, что у отца не было возможности отказаться. После того как Уэстклиф между делом сказал маме, с какими благородными семействами ей придется толкаться локтями на фестивале, у отца не осталось никаких шансов.

– Думаю, Уэстклиф и мистер Свифт прекрасно справятся в Бристоле.

Лилиан тут же насторожилась.

Дейзи заметила, что в отсутствие подруг они с сестрой разговаривали, скрупулезно подбирая слова. Ей это не нравилось. Они всегда были откровенны друг с другом. Но вдруг оказалось, что обе тщательно избегают некоторых тем, словно пытаются не заметить в комнате слона, даже целое стадо слонов.

Лилиан так и не спросила сестру, спала ли она с Мэтью. Более того, у Лилиан, казалось, вовсе не было желания говорить о Свифте. Не спросила она, почему вдруг испарились так удачно складывающиеся отношения с лордом Лландриндоном и почему Дейзи явно не заинтересована отправиться в Лондон до конца сезона.

Дейзи тоже не имела желания затрагивать эти темы. Несмотря на заверения Мэтью, она тревожилась и меньше всего хотела сейчас спорить с сестрой.

Женщины сосредоточились на Меррит: пеленали, купали, переодевали, возились с ней, как с куклой. Хотя о малышке вполне могли позаботиться няни, Лилиан не хотела поручать им дочь. Она радовалась, занимаясь ребенком.

Перед отъездом Мерседес предупредила, что ребенок привыкнет к рукам.

– Ты ее избалуешь, – сказала она Лилиан, – и тогда ее невозможно будет спустить с рук.

Лилиан возразила, что в Стоун-Кросс-Парке свободных рук хватит и она будет брать Меррит на руки когда захочет.

– Я хочу, чтобы ее детство отличалось от нашего, – позднее сказала Лилиан младшей сестре.