Влюбись в меня под музыку

– В таком случае расскажи мне поподробнее, у какой именно Кэт ты находилась все эти недели? Потому что мама твоей сокурсницы ни разу не видела тебя у себя дома.

– Врёшь, обманываешь, неизвестно где и с кем водишься, засыпаешь на лекциях и уже две недели не появляешься в детдоме. Как ты мне это объяснишь, Эмилия?! – скрестив руки на груди, мама отчитывает меня, пока я разглядываю деревянные линии на кухонном столе и со стыда сгораю.

– Мам, прости. Я не хотела.

– Это не объяснение! Что на тебя нашло? Что ты вытворяешь и с кем проводишь все дни напролёт? Это твоя неотёсанная пацанка тебя на что-то нехорошее подбила? Так и знала, что давно уже нужно было запретить тебе с ней общаться.

– Нет, мама. Что ты? Не говори так про Николину. Она хорошая и вообще здесь не причём. Мы с ней уже давно не виделись.

– Тогда с кем ты видишься постоянно? И почему скрываешь это от нас? – мама смотрит на меня нахмурено, а затем в один миг глубокая складочка над её переносицей разглаживается, брови приподнимаются вверх. – Эмилия… Ты что, встречаешься с мальчиком?! – потрясённо выдыхает она.

Если бы мне сейчас не было так гадко на душе, я бы непременно рассмеялась. С мальчиком. Ага. Как же. Скорее с озабоченным и пошлым мужиком, который обожает доводить меня до оргазмов в публичных местах Рокфорда. Но, ясное дело, об этих пикантных моментах я маме рассказывать не стану. Иначе она тут же потеряет сознание, а когда очухается, пойдёт молить Бога, чтобы тот простил мне все мои грехи и очистил голову от низменных мыслей. И я не утрирую. Именно так она и поступит. Ей ни в коем случае нельзя знать о нашем разврате в общественных местах. Однако обо всём остальном, касающимся Марка, сообщить ей всё-таки придётся. Дальше скрывать эту тайну невозможно.

Я прошу маму присесть за стол, беру её за руку и, фильтруя информацию, начинаю подробно рассказывать ей всё, что со мной происходило с момента, как я впервые увидела Марка. Но увы, как в начале моего восторженного монолога выражение лица мамы не предвещало того, что она войдёт в моё положение, так и после в её карем взгляде нет и намёка на понимание.

– Эми! Как тебя только угораздило?! – сокрушается мама, качая головой. – Ты же ещё совсем маленькая!

– Мне уже восемнадцать.

– Не уже, а всего. Тебе рано ещё заниматься всей этой ерундой. И… О Боже! Только не говори, что ты уже с ним…

– Нет! Мама, нет! – покраснев, обрубаю её на полуслове. – Я же тебе сказала, что у нас всё прилично. Мы ходим на свидания, общаемся, и Марк на меня совсем не давит.

Про прилично я, конечно, безбожно вру, но вот насчёт отсутствия давления от Марка — чистая правда. Он пусть и предлагает постоянно отправиться к нему домой, но ни разу после моих отказов не уговаривал и не пытался изменить моё решение. Но мама считает иначе.