Вопреки прошлому

Каждый из минувших дней был наполнен нежностью, заботой и теплотой. Все эти четыре года я не была счастлива до конца, а теперь ощущала умиротворение.

Эти выходные мы решили пройтись по магазинам, чтобы обновить Еве гардероб и купить игрушки, которые она увидела в рекламе. Вышла новая коллекция из её любимого мультика, и она все уши прожужжала нам, что поскорее хочет их.

— Антон, ты подожди пиццу, а мы забежим с Евой вон в тот отдельчик, хочу посмотреть себе маску для сна.

Он кивнул и улыбнулся уголками губ, и мы с дочерью пошли в соседний отдел, чтобы купить маску для глаз, потому что свою я где-то потеряла.

Расплачиваясь на кассе, я бросаю взгляд на Антона, и сердце с силой ударяется о грудную клетку. Мне становится немного не по себе, и внутри вдруг сдавливается всё, потому что я вижу, как какая-то девица вешается на моего мужа. Антон быстро отстраняет её от себя и что-то пытается втолковать, а у меня ноги становятся ватными и подкашиваются. Я забираю свою покупку, беру дочь за руку и возвращаюсь к мужу.

Антон сразу понимает, что я всё видела. Девица фыркает, окидывая нас взглядом. Весь её вид кричит о том, что это она достойна находиться рядом с таким мужчиной, но мне плевать. Я не обращаю на неё никакого внимания, глядя на мужа.

— Полина, я всё могу объяснить… — принимается оправдываться он и берёт меня за руку.

К горлу подкатывает тошнотворный ком. Какая-то слишком приторная парфюмерия была у этой девушки.

— Не надо ничего объяснять, — отмахиваюсь я.

— Ты неправа! Надо! — продолжает Антон.

— Не при ребёнке! — наверное, слишком резко отвечаю я.

И муж замолкает, но я вижу, как ему неспокойно. И в эту секунду я вспоминаю наставления отца о том, что у нас будут ссоры, и прошлое так просто не отступит, но самое важно сохранять спокойствие и понимать, что это наш выбор… Мы сами решили переступить через всё и быть вместе.

Забрав пиццу, мы едем домой с покупками. Ева неустанно говорит о том, как будет играть с новой коллекцией игрушек, и даже называет папе, за какую именно куколку он будет играть, а я ощущаю, как раздражение покалывает конечности.

Понимаю, что не ревность… Или снова она?

Оказавшись дома, я прошу Антона заняться дочерью, а сама поднимаюсь в комнату. Даже кушать не хочу, потому что до сих пор желудок сжимается от тошнотворных позывов. Стоит только прилечь на кровать, и я расслабляюсь…

Не знаю, сколько времени я проспала, но когда открываю глаза, за окном уже темно…

Антон сидит рядом со мной на кровати и смотрит на меня. Я вижу чувство вины в его взгляде и беру его за руку.

— Я накормил Еву и уложил спать. Сказал, что мамочка недомогает и ушла отдыхать… Поль, это всё из-за той девки? Я и имени её не знаю… Помню, что у нас с ней был секс пару раз… После твоего ухода. И больше ничего.