Возраст – преимущество

Понимаешь, ты какой-то уникум, я ведь тогда обалдел сначала, когда тебя увидел первый раз, а потом понял, ты очень нужен стране, береги себя, парень, для чего-то и кому-то так нужно было сделать, чтобы ты у нас оказался.

– Спасибо за разговор, – я на полном серьезе поблагодарил Медведева.

– Да всегда пожалуйста. А насчет награды… Мне передали частично то, что ты вытащил из самолета и притащил в отряд. Там столько важного, Ковтун, командир того отряда, бойцы которого тебя нашли, уже отправил бумаги в Москву и ждет приказа. Эх и прочешем мы это отребье бандеровское. Там такие списки, разведка не нужна, а тебе, я обещаю, будет награда.

– Эх, Дмитрий Николаевич, – вздохнул я, – я что, за цацки старался, что ли? Ведь и вышло-то случайно, увидел кейс и потащил. Там ведь и у моего сопровождающего были бумаги, но почитав, не увидел в них ничего ценного, одни отчеты, я их сжег, когда нужно было костер разжечь, а то бы замерз нафиг.

– Не будем упоминать эти бумаги, мало ли чего, вдруг найдется «доброжелатель», который усомнится в твоей честности насчет важности бумаг, – улыбнулся командир.

– Да я легко перескажу почти все, что в них было, тем более часть из них осталась, а недостающее могу и вспомнить.

– Ладно, будет указание, поработаем в этом направлении. Пока отдыхай, зазноба твоя, поди, уж извелась вся, четвертый час говорим. Когда сформируем отряд, который поведет тебя к Луцку, я сообщу, отдыхай.

Мы с моей любимой девушкой, получив наконец свободное время, просто ушли в ее чум и остались наедине. Нам было плевать, ходит кто рядом или нет, подслушивают али подглядывают, мы просто соскучились друг по другу и упали на ложе, обнимая и целуя друг друга. Дело было к вечеру, и, удовлетворившись сексом, мы спокойно уснули.

Пробуждение оказалось неприятным, в лагере аврал, командиры трубят общий сбор и скорейший выход. Снимается весь лагерь, а это больше тысячи человек, с техникой и обозами. Охренеть какая толпа собралась, я аж обалдел от суеты, привык к тишине и одиночеству. Меня предупредили, что ухожу вместе со всеми, а по пути отряд сопровождения, выделяемый для моей скромной персоны, проводит меня к Луцку. Основной отряд идет дальше, в сторону Львова, а мне предстоит встретиться с немцами и следовать приказам.

Анна категорически не хотела отпускать меня одного, но другого выхода все равно не было. Если бы еще я был как Кузнецов, то есть офицером вермахта и постарше, может, и вышло бы взять ее с собой, никто бы ее не тронул, но я пока не справлюсь с таким давлением. Обязательно начнутся придирки и проверки, придется с кем-либо спорить и, возможно, конфликтовать, а мне это зачем? Поэтому, не ругаясь, но немного поспорив, мы все же договорились с Аней, что иду я один.