Возраст – преимущество

Он внимательно осмотрел кузов и забрался внутрь.

– Что тут произошло? – открыв борт, ефрейтор разглядывал трупы.

– Я не знаю, этот, – я указал на предателя, – вдруг начал стрелять в солдат, пришлось достать пистолет…

– Женщина тоже стреляла?

– Я же не знаю, вооружена она или нет, зачем рисковать, тем более что солдаты охраны лежат раненые рядом со мной.

– Откуда у него пистолет? – казалось, ефрейтор спрашивал сам себя. – Их же должны были обыскать на посту!

– Думаю, женщина и пронесла на себе, а здесь передала его мужчине. Не понимаю только, зачем они стрелять начали?

– Наверное, решили захватить машину, бандиты часто так делают, к сожалению, нам выделяют очень мало солдат для охраны.

– Что с рядовыми? – спросил я, когда водитель закончил осмотр.

– Наповал, у каждого две пули в груди, стрелять этот партизан умел!

– Меня прикрыл ваш товарищ, тот, что слева, иначе бы и мне прилетело.

– Именно «твоя» пуля и звякнула по кабине, заставив меня остановиться, так бы и не услышали. А ты, я смотрю, тоже стреляешь отлично!

– Спецподготовка, – уклончиво бросил я.

– Да, вас ребята из абвера готовят отлично! – вступил в наш диалог с водителем и ефрейтор.

– Такая специфика, времени на второй выстрел мне могут и не дать.

Обыскав трупы бандитов-предателей, ефрейтор с водителем уложили на пол кузова трупы солдат, накрыв шинелями, и вскоре мы продолжили свой путь. Ко мне пока вопросов не было, да и какие вопросы у простых сопровождающих? Вот в комендатуре будут вопросы, особенно если с поста им сообщили о предателях и той информации, какую они принесли с собой. Ладно, отбрехаюсь, тем более на меня ничто не указывает в этой ситуации, кроме разве что меткой стрельбы. Если будут копать, могут связать меткость моих и выстрелов якобы партизана по солдатам вермахта, характер попаданий одинаковый.

На допросы в комендатуре Луцка ушел целый день. Достали, блин. Какой-то сраный лейтенант-следователь решил поиграть в Шерлока Холмса и придумал снять отпечатки пальцев с «вальтера». Я сразу объяснил ему возможное наличие там и моих пальцев.

– После моего выстрела пистолет оказался на полу кузова, и женщина потянулась за ним, я выстрелил в нее, а затем убрал его в сторону.

– Не стоило брать его!

– Я ж не следователь, откуда мне знать, что можно, а что нельзя? Я на войне, господин лейтенант, вижу угрозу – устраняю ее, меня так учили! – возмущался я.

Пистолет пытались пробить по какой-то картотеке, но откуда там будет такая информация? Во время войны у военных столько оружия на руках, что сделать такую проверку очень сложно. Одно дело, если бы мы находились в Ровно, вот там, возможно, на этот ствол и были какие-то документы, но в луцкой комендатуре им взяться неоткуда.