Возраст – преимущество

Мины, сначала одна, а затем сразу две, рванули в пяти метрах от бэтээра справа.

«Интересно, а их предупредили о моих кульбитах? Или меня вообще никто не видел?» – пронеслось в голове, и вдруг рядом рванула мина. Боли никакой я не почувствовал, ударило по ушам, и я поплыл. Вырубиться помешало чувство самосохранения, я быстро сообразил вновь укрыться за ближайшим трупом. Но слава богу, в мою сторону больше ничего не прилетало.

– Эй, малец, ты где? Живой, нет? – донеслось до меня, как мне кажется, через очень большой промежуток времени.

– Хрен его знает, – кричу и пытаюсь вылезти из-под трупа, даже не заметил, как выбрал в клочья изодранный труп бульбаша. Будучи в крови, он и меня залил всего с ног до головы.

Ко мне кто-то подскочил, помогли выбраться, ага, двое сразу, начали осматривать, но я отмахнулся, заявив, что все нормально. Ребята подхватили меня под руки и потянули к нашим окопам. Там мной быстренько занялся врач, а я, наконец, пришел в себя.

– Да нормально все, доктор, – сморщился я, когда тот подсунул мне под нос что-то ужасно вонючее, даже слезу выбило.

– Мина рванула, говорят, прямо рядом с тобой, а тебе ничего! – восхищенно проголосил доктор, сияя улыбкой.

– Бывает, – скромно заметил я. – Наши дальше пошли? Отступающие…

– Да все хорошо, полковник с фланга так вломил гитлеровцам, что уже в село входят, а наши отсюда дали указание минометчикам, и те раздолбали бегущих бульбашей. Бой заканчивается, скоро возьмем село, отдыхай давай, я сейчас скажу, чтобы телегу прислали, вывезут тебя в лагерь.

– Да нормальный я, товарищ военврач, отпустите меня! – взбунтовался я.

– Это мне решать, – став в одно мгновение строгим командиром, военврач нахмурил брови, – я сказал в лагерь, значит, в лагерь.

– Но… – хотел было продолжить я, но врач так же резко подобрел и заявил, что в селе и без меня справятся, самое тяжелое позади.

И я успокоился, и дал возможность бойцам поухаживать. Меня бережно уложили на подъехавшую телегу, даже чуточку смешно было, я ж целый совсем, только в голове гудит, и куда-то повезли.

А увезли довольно далеко от места боя. Как убедился чуть позже, сюда свозили раненых, доктор и помощники из возрастных бойцов старались успеть вывезти всех. Здесь, в лесу, под кронами деревьев, за ранеными ухаживали сразу три женщины. Медсестры оказались чересчур заботливыми, принялись кудахтать на украинском, ласково поглаживая меня по голове. Еле отбрехался, пришлось быстро встать и убедить их, что я не ранен, а сюда меня притащили целиком и полностью по воле доктора. Чтобы не казаться лентяем, подрядился помогать женщинам с по-настоящему ранеными бойцами. Многого уже насмотрелся за то время, что нахожусь в этом времени, мирной жизни-то я и не видел, все война и война, поэтому вид ран меня не пугал вообще.