Возвышение Меркурия. Книга 17 (СИ)

Потом из прохода выскользнули Найхва с Афеей и мы тоже отправились в путь.

Океанская богиня сразу же поравнялась со мной и бросив подозрительный взгляд на идущих солдат, зашептала.

— Не нравится мне это всё. Если твой брат не сумел справиться с тем, что встретил, наши шансы тоже невелики.

Скосив на неё глаза, я утвердительно кивнул.

— Верно. Но иного выхода я не вижу. Чем больше времени мы тут проведём, тем хуже будет становиться ситуация.

Золотоволосая снова глянула на легионеров.

— Что, если они лгут? Если вся эта история, простой обман?

Я слегка дёрнули плечами.

— Сомневаюсь, что они врут про Марса. А состояние их «искр» мы видим и так. Всё остальное не так важно.

Безусловно, я не верил этим людям в том, что касалось деталей. Скорее всего хронология распада легиона отличалась от их версии. Тем не менее, я был уверен, что они действительно служили брату. И на самом деле располагали божественной силой.

Правда один вопрос у меня всё же оставался. И задал я его, когда мы уже подошли к нужному месту, которое оказались в таком же широком тоннеле, который шёл параллельно первому — приблизительно в пяти сотнях шагов от места нашей первой встречи.

— Почему вы называете место в центре корабля, рубкой?

Я успел хорошо рассмотреть судно, пока оно находилось около Крепости Духа и прекрасно помнил небольшой кусочек металла, который находился в самом центре кольца, соединённый с ним десятками тонких нитей. Хотя маленьким он казался только на фоне огромных размеров основного корпуса. И в моей голове не проскочило никаких ассоциаций. Тогда как солдаты настолько уверенно называли его рубкой, как будто иначе и быть не могло.

Те переглянулись между собой и центурион без особой уверенности ответил.

— Его Воинственность, так говорил. Как сейчас помню, он так и сказал — я сейчас пойду в рубку и быстро со всем разберусь. А вы возьмите под контроль всё остальное.

Интересно. Марс заранее знал, где окажется? Или нахватался у варваров и использовал пришедшее на ум слово? Впрочем, даже если первый вариант был верен, то своих воинов он в такие детали не посвящал.

— Вон там и проход в тоннель, который к той рубке ведёт.

Глянув в направлении, куда указывала рука офицера, я кивнул и спустя секунд тридцать мы уже стояли около выхода.

Первое, что отличало его от остальной части корабля — рабочее состояние. Передо мной мерцал оранжевый барьер, который по словам легионеров позволял пройти внутрь, если нанести на него небольшое количество крови. Хватало абсолютно любого объёма — вплоть до того, что чуть поцарапать себе палец, а потом приложить тот к щиту.

Второй момент, который сразу бросался в глаза — узкий коридор, который тянулся дальше, сверкал своей чистотой.