Все твои совершенства

– Тебе когда-нибудь… – Его голос звучит тихо и нежно, и он, похоже, до смерти боится спросить о том, о чем собирается меня спросить. – Тебе когда-нибудь приходило в голову открыть ее?

Грэм никогда не задает вопросов, на которые ему не нужны ответы. Мне всегда это в нем нравилось. Он не заполняет пустоту ненужными разговорами. Ему либо есть что сказать, либо нет. Либо он хочет знать ответ на вопрос, либо нет. И он бы ни за что не стал спрашивать, не приходило ли мне в голову открыть шкатулку, если бы ему не нужен был ответ.

Сейчас эта его черта не нравится мне больше всего.

Мне ни к чему этот вопрос, потому что я не знаю, как ответить.

Я не хочу, чтобы ветер снова затолкал мои слова обратно в горло, и просто пожимаю плечами. После многих лет, в течение которых мы совершенствовали искусство уклоняться, он, наконец, прекращает танец разводящейся четы на время, достаточное, чтобы задать серьезный вопрос. Единственный вопрос, которого я уже давно от него жду. И что же я делаю?

Наверное, следующие мгновения могут объяснить, почему ему потребовалось столько времени, чтобы задать этот вопрос. В этот момент я чувствую, как его сердце замирает; он прижимается губами к моим волосам и вздыхает – ответного вздоха он не получит; это момент, когда он понимает, что, хотя обнимает меня обеими руками, удержать меня не может.

Он уже давно не может меня удержать. Трудно удержать того, кто давно ускользнул.

Я не реагирую. Он отпускает меня. Я выдыхаю. Он выходит из спальни.

Совсем как моя жизнь.

Час назад я была помолвлена с мужчиной, в которого влюблена уже четыре года. Теперь это не так. Я включаю дворники на лобовом стекле и смотрю в окно, как люди прячутся от дождя.

Некоторые, в том числе Саша, бегут в дом Итана.

Непонятно, откуда взялся дождь. Никаких капель, предвещающих катаклизм, не было. Небо просто опрокинулось, как ведро с водой, и теперь огромные брызги тяжело падают на окно моей машины.

Интересно, Грэм далеко живет? Может, он еще на улице?

Я включаю поворотник и в последний раз в жизни выезжаю со своего обычного места на парковке у дома Итана. Я направляюсь в сторону, куда несколько минут назад пошел Грэм. Едва свернув налево, я вижу, как он ныряет в ресторан, чтобы спрятаться от грозы.

«Конкистадоры».

Это мексиканский ресторан. Мне там не очень нравится. Но он нравится Итану, и это недалеко от его дома, так что мы едим здесь по меньшей мере раз в месяц.

С парковочного места перед рестораном как раз выезжает машина. Я терпеливо жду, пока она уедет, после чего паркуюсь на ее месте и выхожу. Что я скажу Грэму, когда войду в ресторан, я не знаю.

Кого я обманываю? Меньше всего на свете мне хочется секса в отместку. И я пошла за Грэмом не поэтому, так что, надеюсь, увидев меня, он ничего такого не подумает.