Вся Агата Кристи в трех томах. Том 1. Весь Эркюль Пуаро

В лагере потихоньку начинается паника, хотя, видит бог, для этого нет ни малейших оснований.

— Интересно, — ни к кому не обращаясь, протянул Пуаро, но мне показалось, что в голосе его не чувствовалось особой уверенности.

Сэр Гай подался вперед.

— В самом деле, — недоверчиво проговорил он, — не можете же вы и впрямь верить… да что я говорю? Это же полная ахинея! Мсье Пуаро, допускать на секунду, что такое возможно, — значит не знать абсолютно ничего ни о Древнем Египте, ни о египтянах вообще.

Вместо ответа Пуаро вытащил из кармана маленькую потрепанную книжицу — с первого взгляда было понятно, что перед нами старинный манускрипт.

Он продемонстрировал ее нам, и я успел прочесть заглавие — «Магия древних египтян и халдеев». Потом, круто повернувшись на каблуках, Пуаро отбросил в сторону полог и вышел из палатки. Доктор в растерянности уставился на меня.

— Господи, что за странная идея?!

Услышав из его уст фразу, которую так часто повторял Пуаро, я чуть было не расхохотался, настолько это было комично.

— Понятия не имею, — признался я. — Держу пари, что Пуаро задумал изгнание бесов, не иначе.

Пришлось идти разыскивать Пуаро.

Я обнаружил его беседующим с тем самым худощавым узколицым юношей, который в последнее время служил у Блайбнера секретарем.

— Нет, — говорил между тем мистер Харпер, — я в экспедиции недолго, каких-то шесть месяцев или чуть больше. Да, разумеется, мне известно состояние дел мистера Блайбнера.

— Скажите, а не могли бы вы рассказать мне поподробнее о том времени, когда сюда приезжал его племянник?

— Видите ли, он и был-то здесь всего лишь один день. Симпатичный парень. Я раньше никогда его не встречал, но кое-кто из наших коллег знал его прежде.

Эймс, по-моему. И, кажется, Шнейдер. А старик нисколько не обрадовался, когда парень заявился сюда. И минуты не прошло, как они уже поцапались. Кричали на весь лагерь. «Ни цента не получишь! — Это, конечно, вопил старик. — Ни единого цента, пока я жив! Все мои деньги до последнего цента будут завещаны науке. Мое состояние поможет завершить труд всей моей жизни. Я уже сегодня сказал об этом Шнейдеру». Ну и так далее в том же духе. Сразу после этой ссоры молодой Блайбнер укатил обратно в Каир.

— Скажите, в то время он был здоров?

— Нет, я имею в виду молодого человека.

— Знаете, кажется, он действительно раз-другой упоминал о том, что с ним не все в порядке. Но, по-моему, это было не слишком серьезно, иначе бы я запомнил.

— Понятно. Тогда, если позволите, еще один маленький вопрос. А мистер Блайбнер оставил после себя завещание?

— Насколько мне известно, нет.

— Каковы теперь ваши планы, мистер Харпер? Останетесь с экспедицией?

— Нет, сэр. Ни за что. Вот только приведу в порядок дела и тут же укачу обратно в Нью-Йорк.