Вся Агата Кристи в трех томах. Том 1. Весь Эркюль Пуаро

Мы пошли в гостиную, но по пути полковника перехватил констебль. Они о чем-то тихо и невнятно поговорили, после чего полковник извинился и оставил нас одних. Я показал Пуаро серебряный стол, он несколько раз поднял и опустил крышку, затем толчком открыл окно и перешагнул на террасу. Я последовал за ним.

К нам шел появившийся из-за угла дома инспектор Рэглан. Лицо его было зловещим, но довольным.

— Вот где вы месье Пуаро, — сказал он. — Ну, дела здесь осталось немного. Очень жаль, но этот прекрасный молодой человек согрешил.

У Пуаро вытянулось лицо.

— Боюсь, что в таком случае моя помощь вам не потребуется, — сказал он мягко.

— Тогда, вероятно, в следующий раз, — успокоил его инспектор. — Хотя в этом мирном уголке убийства бывают не каждый день.

В пристальном взгляде Пуаро появился оттенок восхищения.

— Вы человек удивительной предприимчивости и натиска, — заметил он. — А позвольте спросить, каким образом вы действовали?

— Пожалуйста, — сказал инспектор. — Прежде всего — метод!

— А! — воскликнул Пуаро. — Это и мой девиз. Метод, порядок и маленькие серые клеточки.

— Клеточки? — спросил удивленно инспектор.

— Крошечные серые клеточки мозга, — объяснил бельгиец.

— О, конечно! Я полагаю, что мы все ими пользуемся.

— В большей или в меньшей степени, — пробормотал Пуаро. — Бывает и различие в качестве. Затем существует еще и психология преступления. Но это уже надо изучать.

— А! — скривился инспектор. — Вы набиты всеми этими психоанализами? А я человек обыкновенный…

— Я уверен, что миссис Рэглан не согласилась бы с этим, — ответствовал Пуаро, слегка поклонившись.

Застигнутый немного врасплох, инспектор Рэглан поклонился тоже.

— Вы не поняли, — возразил он, обнажая зубы в широкой улыбке.

 — Боже мой, как многозначен язык! Я поясняю вам, как я принимаюсь за работу. Прежде всего — метод. Последний раз живым мистера Экройда видела его племянница мисс Флора Экройд без четверти десять. Это факт номер один, не так ли?

— Так. В половине одиннадцатого, свидетельствует доктор, он был уже мертв по меньшей мере с полчаса. Вы по-прежнему утверждаете это, доктор?

— Разумеется, — ответил я. — С полчаса или немного больше.

— Очень хорошо. Таким образом, мы точно определяем те пятнадцать минут, во время которых должно было совершиться преступление.

Я составил список всех, кто находился в доме. Против имени каждого я записал, где он был и что делал между 9.45 и 10 часами вечера.

Он передал лист бумаги Пуаро. Я через плечо прочитал его. Аккуратным почерком там было написано:

Майор Блант — в бильярдной с мистером Реймондом (последний подтверждает).

Мистер Реймонд — в бильярдной (см. выше).

Миссис Экройд — в 9.45 смотрит бильярдную игру. Ушла спать в 9.55 (Реймонд и Блант видели, как она поднималась наверх).