Всё, что нас связывает

— А что?

Дрейк качнул головой, словно сомневался. Кабот нервно сглотнул, не сводя с меня взгляда.

Они оба выглядели слегка ошеломленными, но я понимаю почему. Скорее всего, я первый мужчина с нетрадиционной ориентацией, с которым они познакомились.

— Сейчас полотенце отнесу, и мы поговорим, ладно?

Я вернул полотенце в ванную, проверил замки на входной двери номера и уже планировал вернуться к мальчишкам, но Ян оказался за моей спиной.

— Не слышал твое приближение, — я хохотнул, проходя мимо.

Но он остановил меня, схватив за бицепс.

Дойл молча сверлил меня взглядом.

— У тебя есть с собой запасная футболка?

— А что? Надоело расхаживать по номеру полуголым?

— Оба пацана едва языки не проглотили, когда ты вывалился из ванной в таком виде, — пробурчал Ян и толкнул меня в грудь. — Ты чем вообще думаешь?

— А штанов посвободнее у тебя что, нет?

— Заканчивай, — со смехом ответил я, решив, что Ян прикалывается.

— Мы разговаривать сегодня будем, или как? — спросил Дрейк, выходя из-за угла.

— Сейчас придем! — рявкнул Ян.

Дрейк удивленно округлил глаза и попятился.

— Ты сам себя слышишь?

— Мы телик в спальне посмотрим! — заявил довольно громко Кабот и хлопнул дверью.

— Супер, — фыркнул я. — Теперь они тебя боятся.

— Ничего подобного, — огрызнулся явно разозленный Ян.

— Еще как. Они же дети, Ян.

— Срать я хотел, — прошипел он зло и агрессивно.

— Знаешь, весь день ты ведешь себя невыносимо. Что, черт возьми, случилось?

— Что?! — Я охренел.

— В смысле? Что я не так сделал-то?

— Ты не должен... — он резко заткнулся и шагнул вперед, наступая и прижимая меня к двери. Его ноги втиснулись между моих, руки вцепились в бедра.

Горячее пульсирующее желание скатилось по спине, и меня омыло волной жара. В одно мгновение я уже тонул.

— Не стоит, — взмолился я.

— Потому что велика вероятность, что я втрахаю тебя в эту стену.

У Яна перехватило дыхание.

— Давай, сделай это.

Я посмотрел ему в глаза.

— Ну же, — подначивал Ян, облизывая губы.

— Ян? — прошептал я, обхватывая его лицо ладонями и притягивая ближе. — Что происходит?

По-прежнему молчание.

— Я не могу играть в угадайку. Ты сам должен мне сказать.

Ян негромко кашлянул.

Мышцы на его лице дернулись.

— Вчера, когда мы... Когда ты... — Он с трудом сглотнул. — Я чувствовал, что принадлежу тебе.

Это потому, что в постели я не мог скрывать своих чувств, своего желания обладать Яном, сделать его своим — все это было очевидно. Меня это беспокоило, поэтому я и решил за пределами спальни вести себя так, словно ничего не изменилось. Но видимо, он не хотел такого рода поддержки. Более того, не нуждался в этом.

Он смотрел на меня так... Все его лицо просто светилось.

Разочарование и злость Яна были связаны исключительно с чувством собственничества.