Всё, что нас связывает

Ян все твердил, что это можно будет исправить, пока граната, брошенная в окно, не убила последнюю надежду.

«Сутенерская» машина, на которой мы сейчас передвигались, с белыми колесами и цвета зеленый металлик, была немного чересчур для службы маршалов США. Но нам следовало оставаться инкогнито, и пока мы путешествовали по худшим районам Чикаго, никто даже не обернулся на нас.

— Залезай, — рявкнул он.

И как обычно, мы рванули с места словно ракета, без каких бы то ни было нежных вливаний в поток машин. Ян всегда вел машину так, словно ограбил банк и спасался от погони, а я приучил себя вовремя пристегиваться.

— Какого хрена! — завопил Эдди Мадрид с заднего сиденья, когда его качнуло вперед, а затем при резком повороте отбросило назад. — Накиньте на меня ремень.

Рассмеявшись, я повернулся к своему напарнику, ругавшемуся на людей, деливших с ним движение на дороге.

— Даже наш пленник боится за свою жизнь.

— Да пошел он, — огрызнулся Ян, сворачивая за угол, словно каскадер, готовый выпрыгнуть из машины.

Эдди врезался лицом в боковое окно частичной прозрачности.

— Господи Иисусе, чувак!

Я же просто приготовился к удару, надеясь, что доберусь до больницы целым и невредимым.

— ДАВАЙ-КА РАЗБЕРЕМСЯ, — сказал Ян в тот же день, ведя Джеймса «Секача» Пеллегрино к нашей машине. — У тебя сломано запястье, а ты жалуешься на испорченную обувь?

Обычно врачи накладывали гипс через несколько дней после того как спадет отек. Но поскольку я не собирался просиживать штаны до этого момента и перелом оказался чистый, врач скорой помощи сделал исключение. Он сказал, что если гипс слишком ослабнет, то придется вернуться и наложить его заново. Мне было плевать, главное, я мог снова следовать за Яном.

— Да, — ныл я, внимательно разглядывая гипсовую повязку на запястье, а потом, что еще важнее, мои теперь уже потертые ботинки от «Джона Варватоса».

Стоило Пеллегрино лишь увидеть меня, стоявшего в дверях подвала, он тут же дал деру. Мы получили анонимное сообщение о его местонахождении и нашли его в доме двоюродного брата в Ла-Грейндже. Чтобы он не успел выскочить через заднюю дверь, я бросился на него. Закончилось все тем, что мы покатились по бетону, прежде чем Ян оббежал дом с другой стороны и приземлился прямо на парня.

— На прошлой неделе они были новыми.

— Они бы все равно стали испорчены, — прокомментировал Ян. — Из-за снега от этого никуда не деться.

Я поднял на него взгляд.

— Вот почему я хотел переехать в Майами вместе с Брентом. Снег был бы лишь далеким воспоминанием.

Он фыркнул от смеха.

— Этот парень не стоил того, чтобы ради него переезжать.

— И кроме того, — хрипло сказал он, — ты все равно не собирался меня бросать.

— Я бы бросил тебя сию секунду, приятель. Не обманывайся.