Гезат

— Ты думаешь?! — удивленно спросил Квинт Туллий Цицерон и крикнул рабу: — Посмотри в сундуке, бестолочь! — После чего взял меня под руку и повел к триклинию, по пути взволнованно рассказывая последние новости: — Цезарь движется с армией на Рим! Это война! Помпей не позволит ему захватить город, прольется много крови!

- А нам какое дело?! Где Рим, а где мы?! — отмахнулся я. — Тем более, мы с тобой повевали под командованием Цезаря, и я уверен, что он еще не забыл это.

— Но помнит и то, что я брат Марка, а тот в союзе с Помпеем! — воскликнул он.

— Ты не сторож брату своему, — перефразировал я выражение из сборника фантастических рассказов, пока еще не ставшего мировым бестселлером, одно из любимых лорда Стонора, который еще не скоро родится и начнет читать это пособие по оправданию самых мерзких преступлений.

— В том-то и дело, что Марк требует, чтобы я срочно приехал к нему! — произнес Квинт Туллий Цицерон таким тоном, будто его зовут, чтобы казнить. — Цезарь решит, что мы заодно, хотя моя поездка никакого отношения к политике не имеет!

— А зачем ты нужен брату? — поинтересовался я."

"— Наверняка эта стерва нажаловалась брату Титу, а тот уговорил Марка, чтобы помирил нас! Не собираюсь я с ней мириться! — патетично заявил он и добавил не очень убедительно: — Мне и без нее хорошо.

Как догадываюсь, характер у Аквилии оказался не лучше, но она моложе и не жена, поэтому веревки из него вьет безопасной длины и толщины.

— Возьми с собой наложницу, — посоветовал я. — Она поможет тебе отбиться от жены.

— Ты так думаешь?! — неуверенно молвил он.

— Еще и как поможет! — заверил я. — Если почувствуешь, что вот-вот уступишь, сведи их. Акевилии терять больше, поэтому порвет соперницу в клочья.

— Нет, в клочья, конечно, не надо… — поняв буквально, начал было он, а потом решительно закончил: — Значит, заслужила!

— И не выступай открыто против Цезаря, — посоветовал я. — Он победит всех. Так мне сказал великий друид.

— Я помню твое предупреждение, — сказал он.

— Если я встречусь с Цезарем, то замолвлю за тебя словечко, — пообещал я.

— Собираешься присоединиться к его армии? — спросил Квинт Туллий Цицерон.

— Еще не решил, — честно признался я.

С одной стороны мне стало скучно сидеть дома и ругаться с двумя женами по очереди, потому что у них появилось много свободного времени, вот и тратят его с пользой для семьи, а с другой — надоела лагерная жизнь.

При этом понимал, что рано или поздно придется присоединиться к Цезарю. Если уж война неизбежна, надо быть в лагере победителя. Ждал, когда потеплеет. К тому же, мятежный полководец, объявленный врагом римского народа (я сразу вспомнил сталинские времена), тоже не спешил, продвигаясь по Апеннинскому полуострову вдоль Адриатического побережья.