Гезат

— Хорошо, — пообещал он, с опаской поглядывая на моих подчиненных, которые быстро проезжали и проходили мимо нас к воротам поселения.

— Не воевал раньше с германцами? — задал я вопрос.

— Не доводилось, — признался он.

— И не воюй, — посоветовал я. — Сейчас они уступают только римлянам, а со временем станут сильнее.

— Мы наемники. С кем скажут, с тем и будем воевать, — произнес Моксон и, попрощавшись, поскакал догонять свой отряд.

Я оставил германцев грабить поселение, поехал дальше. Начал накрапывать дождик, поэтому скакали быстро. Нам пришлось одолеть по обезлюдевшей местности еще километров десять, если ни больше, пока добрались до цели — брода на реке Апса. Пехота и конница уже переправились. Ждали обоз. Брод был глубоковат для арб, поэтому грузы, которые боялись воды, переносили воины, из-за чего и была задержка.

Гай Юлий Цезарь, спрятавшись от дождя под раскидистым дубом, расхаживал под кроной туда-сюда, напоминая собаку на привязи, и диктовал письмо, судя по эмоциональным фразам, кому-то из друзей. Лицо было бледным и осунувшимся. Наверное, недавно был приступ эпилепсии. Возле самого ствола дуба сидел на складном стульчике раб Секст и, положив на колени дощечку, а на нее — пергамент, записывал.

Продиктовав очередную фразу, Гай Юлий Цезарь ответил на мое приветствие и скорее угадал, чем спросил:

— Ты привез послание от Антония.

— Да, мой император, — подтвердил я. — Он стоит лагерем неподалеку от Лиссиуса.

— Ему надо было идти мне навстречу, — произнес Гай Юлий Цезарь. — Помпей быстрее доберется туда, чем мы.

— Это вряд ли, — сказал я. — Помпею сообщили, что ты уже на полпути к Лиссусу, поэтому, скорее всего, стоит каструм, чтобы не быть перехваченным на переходе.

— Откуда ты знаешь? Сам видел его армию? — спросил он.

— Не всю, только его разведчиков. Они мои старые знакомые, мечтающие перейти к тебе на службу, поэтому скажут Помпею то, что я попросил, — ответил я и процитировал Сунь Цзы: — «Если ты далеко, уверь противника, что рядом; если рядом, уверь, что далеко».

— Как я все эти месяцы обходился без тебя, хитрый грек?! — воскликнул восхищенно Гай Юлий Цезарь.

— Для меня это тоже большая загадка! — весело произнес я.

— Принимай командование конницей и сделай так, чтобы не грабила твоих соотечественников. Меня уже бесят их жалобы, — распорядился он.

— Я могу сделать так, что тебя перестанут бесить, — предложил я.

— Тоже хорошо, — согласился он, после чего продолжил диктовать письмо.