Гезат

Судя по богатой одежде, это была царская свита. Я не стал гоняться за ними. С пленными всегда много возни. Меня больше интересовало золото и драгоценные камни, которое при одинаковой стоимости занимают меньше места и жрать не просят. И я нашел и то, другое в шатре. Внутри он был разделен на две части. В первой, большей, стояли два низких длинных стола, заваленные папирусами, с десяток больших сундуков из красного дерева и множество табуреток и мягких лежанок типа кушеток. Я заглянул в ближний сундук. Он был наполнен одеждой из дорогих тканей. Решив, что в остальных что-нибудь подобное, я перешел во вторую часть."

"Там в центре стояло квадратное ложе с пурпурным балдахином с кистями и множеством подушек разного цвета и размера. Наверное, каждая подушка имела свое предназначение, так и оставшееся для меня тайной. Слева и справа от ложа располагались узкие кровати для рабов, наверное. Венценосцам нельзя спать в одиночестве, всегда рядом должен быть кто-нибудь, чтобы мигом удовлетворить любую прихоть. При этом у царей да и просто богатых людей с детства вырабатывается удивительная способность не замечать слуг, рабов, как я не обращаю внимание на кота, собаку или мух, когда занимаюсь самыми разными процессами, которые не принято делать на публике. Перед ложем стоял столик с золотым кувшином емкостью на пару литров с красным вином, четырьмя кубками на довольно высоких ножках и блюдо с сушеным инжиром. Вино было сладковатое, местное. Инжир тоже, наверное, местный, хотя я в нем не сильно разбираюсь. Загрызнув одним плодом вино, выпитое прямо из кувшина, я сдернул наволочку с большой подушки и сложил в нее золотую посуду.

После чего обошел ложе. Позади него стоял сравнительно небольшой сундук из красного дерева с золотыми углами, рукоятками и петлями. В нем лежали игрушки. В основном из нефрита и других полудрагоценных камней и слоновой кости. Мое внимание привлек золотой жук-скарабей, который, встав на передние лапы, толкал задними золотой шар. Я положил жука в наволочку к посуде, добавил самые драгоценные игрушки. Даже если больше ничего не захвачу, этой добычи хватит… много на что хватит!

Когда я вышел из шатра, мимо него проходили легионеры из тех трех когорт, которые вышли вместе с нами, но отстали. Они все еще рвались в бой, хотя враги уже разбегались. Нет, не в разные стороны. Ломились все к Нилу, надеясь, как догадываюсь, на суда, которые снимались с якорей и почему-то не спешили взять на борт беглецов. Лишь с десяток галер подошли к берегу. На них сразу набилось столько желающих спастись, что две перевернулись, едва сдвинулись с отмели. Видимо, у крокодилов есть чутье на подобные события или наследственная память подсказала, но странным образом сразу десятки этих чудищ оказалось на месте катастроф.