Гезат

Новички-эдуи сильно удивились. Когда они воевали в своей армии, такое стадо пришлось бы разделить на всех. Себе оставили бы только лучшую часть, того же бычка-двухлетка, как и мы. А тут сразу столько денег! За полсотни денариев в эдуйской деревне надо корячиться все лето. При этом обещают еще и жалованье заплатить, во что новички верят с трудом, несмотря на заверения своих земляков, которые служат в турме второй год.

32Вечером, когда мы ели вареную молодую говядину, по армии разнесся слух, что нервии в десяти милях, ждут нас на противоположном берегу реки Сабис.

Видимо, информация была из серьезного источника, потому что утром двинулись в боевом порядке: впереди скакала вся конница армии, следом шагали шесть старых легионов, потом обоз, а за ним два новых, тринадцатый и четырнадцатый. Я облачился по полной программе, включая кольчужное ожерелье и бармицу, только пока не застегивал последнюю, ехал с открытым лицом. Взял с собой легкую пику. Получилось, что зря тащил сюда длинные тяжелые копья. Оказывается, у нервиев нет конницы, предпочитают сражаться в пешем строю. Наверное, по их мнению, езда на лошади тоже изнеживает, делает мужчин слабыми.

Река Сабис оказалась шириной метров двадцать и глубиной по пояс. Он протекала в ложе между двумя длинными холмами, которые плавно спускались к ней. Склоны, поросшие травой, были длиной метров двести. На вершинах холмов рос лес. На ближнем берегу отряд префекта каструма, который всегда следует впереди армии и подбирает место для следующей ночевки, уже разметил, где будут ров, вал, четверо ворот, форум… На противоположном берегу тусовались несколько групп всадников из пяти-семи человек. Скорее всего, это виромандуи или атребаты — союзники нервиев.

Как только мы переправились на противоположный берег, ближние группы удрали в лес, а когда мы вернулись на свой, опять появились на склоне. Пусть играют с ними в прятки те, кому скучно, а моя турма отъехала по холму дальше от дороги, где и осталась поджидать обоз, в котором ехали наши женщины со всем скарбом. То же самое сделали остальные три турмы одиннадцатого легиона. Поскольку префект Авл Форий постоянно тусовался в двенадцатом легионе, я был неофициальным командиром всей конницы одиннадцатого, она следовала за мной без всяких приказов.

Рядом с нами легионеры из девятого и десятого легионов начали оборудовать дальнюю от дороги часть каструма, нижнюю и верхнюю. Ближняя нижняя досталась седьмому легиону, пришедшему первым, средняя нижняя — восьмому, средняя верхняя — одиннадцатому, ближняя верхняя — двенадцатому. Последний только вышел на склон холма и еще не приступил к работам.

Не знаю, как другим, а мне лучше, когда бой начинается внезапно. Не успеваешь напереживаться, накрутить себя.