Закрой глаза (СИ)

Это уже почти конец. Тогда погибнет либо Уиндем, либо Лея. А у них романтическая линия. Их нельзя убивать.

— А так, чтоб вообще никого не убивать?

— Женечка, — уже серьезно, — в чем тогда драматический момент?

— Да, мам, я как-то не подумал. — Откидывается на подушки. — И как он погиб?

— Я плакала. Сорвался в пропасть, а Уиндем не смог его удержать. — Горестно, но через секунду интонация опять меняется. — Не слишком банально, как думаешь?

— Были другие варианты? — Еще полчаса сна Женю все равно уже не спасут.

— Этот самый трагический.

Еще один шмыг носом и мама удовлетворенно произносит:

— Я тебе сейчас прочитаю.

Здесь всего одна страница…

Женя включает ночник, и чуть щурясь от света, бросает взгляд на будильник. Двадцать минут до сигнала. Тянется и отключает его, пока из динамика мама с выражением зачитывает сцену гибели лучшего друга Уиндема. Утро началось раньше, чем он рассчитывал. Заверив, как минимум раз пять, что сцена просто потрясающая, отключает телефон и еще несколько минут лежит в кровати, пытаясь заставить себя подняться. Затем, набравшись мужества, выползает из-под теплого одеяла и идет в душ.

Побрившись и почистив зубы, возвращается в комнату, чтобы одеться. Горчичного цвета рубашка, джемпер и черные брюки. Непреодолимое желание большой дозы кофеина ведет его на кухню, но по пути туда Женя замечает, что в гостиной уже горит свет и дверь слегка приоткрыта. Макс тоже встал.

Евгений останавливается напротив входной двери в свою гостиную, наблюдая как Макс, лежа на полу, поднимает вытянутую левую ногу и несколько секунд удерживает ее на весу. Затем матерится и опускает. Через несколько секунд вновь поднимает и отводит чуть в сторону, все так же держа на весу.

Он все-таки решил заняться лечебной гимнастикой. Женя слегка улыбается.

— Доброе утро. Как бедро? — Интересуется он, отвлекаясь от безмолвного созерцания и опираясь плечом о дверной косяк. Макс переводит на него взгляд.

— Доброе. Терпимо. — Выдыхает, опуская ногу. Без привычных нагрузок левая нога сейчас устает сильнее и быстрее, но растягивать «удовольствие» хождения на костылях ему совершенно не хочется, поэтому Макс, во что бы то ни стало, нацелился поскорее от них избавится.

Его раздражает собственная медлительность и неполноценность. Ужасно раздражает. — Блин!

Нога начинает сильно дрожать и Макс с выдохом опускает ее на пол. Мышцы все еще слишком слабые. Женя несколько секунд думает и заходит в комнату. Опускается на колени рядом с ним.

Максим настороженно наблюдает, как Женя приподнимает его левую ногу, одной рукой обхватывая за щиколотку, а другую пропуская под колено и вынуждая согнуть ее. Всего лишь легкое надавливание, но ощутимое даже сквозь джинсовую материю.