Закрой глаза (СИ)

Максим рассеянно кивает, мрачно радуясь, что благодаря столу, за которым они сидят, не видно его стояка. Пиздец, он гей.

Женя со вздохом открывает глаза, несколько долгих секунд смотрит в потолок, прислушиваясь к звукам в квартире и не решаясь себе признаться, что просто боится выйти из комнаты. Бросает взгляд на часы. Если он полежит здесь еще дольше, обязательно опоздает на работу. Наконец, собравшись с мыслями, встает с кровати и, натянув джинсы, выходит в коридор. Пахнет едой. Да, именно этого он и боится. Совместных завтраков, которые за последние почти две недели ненавязчиво вернули себе свою привычную «традиционность» с легкой подачи Макса, встающего либо вместе с Женей, либо раньше его.

Евгений на секунду замирает у двери в ванную и вновь прислушивается. Несколько раз стучит костяшками пальцев.

Через мгновение дверь распахивается. Да, а еще он боится вот этого. На пороге стоит Максим в одном полотенце, обмотанном вокруг бедер с зубной щеткой во рту.

— Доброе утро. — На миг вытащив ее изо рта.

— Ты еще долго? Я душ хотел принять…

— Ванна свободна. — Пожимает тот плечами и отходит обратно к раковине.

 — Ты мне не мешаешь.

Похоже, освобождать пространство он не собирается. Женя считает в уме до трех и входит в ванную. Если он не примет душ сейчас, есть вероятность, что у него вообще не останется времени на его принятие, поскольку Макс в последнее время стал слишком тщательно следить за состоянием своей ротовой полости, чистя зубы по двадцать минут и занимая ванную по часу. Скоро блестеть начнет.

Женя открывает воду, выставляя необходимый уровень «горячести» и расстегивает джинсы. Ритм, с которым двигалась зубная щетка во рту Макса, слегка замедляется, пока он сосредоточено наблюдает за отражением Жени в зеркале, но стоит тому повернуться, как ритм ускоряется вдвое.

Макс поспешно отводит глаза и сплевывает пену в раковину, боковым зрением улавливая обнаженную кожу какой-то части Жениного тела, но она тут же скрывается за чуть прикрытой душевой шторкой.

Женя параноик. Клинический. Потому что сейчас не может отделаться от ощущения, что Макс за ним наблюдает и даже душевая шторка никак не спасает. Он тщательно пытается избавиться от этого неудобного чувства, намыливая тело и подставляя лицо под горячие струи воды.

То, что Макс практически пришел в свое привычное состояние после всего, что с ним произошло, не может не радовать, но у Жени, в отличие от него, пробелов в памяти нет. И это никак не способствует Жениным попыткам продолжать делать вид, что ничего не изменилось. Он мог бы убедить в этом всех, включая самого Макса, только с собой дело обстоит совсем иначе. И он медленно, но верно начинает сходить с ума, постоянно натыкаясь на Макса то в полотенце, то без футболки, будто специально.