Закрой глаза (СИ)

— Бляяядь, — стонет Макс, неосознанно ища более тесного контакта с телом Жени и трясь об него, — извращенец хренов…

— Тебе нравится? — Его ладонь проскальзывает меж их телами и вновь несколько раз энергично проводит вдоль возбужденной плоти Макса, сжимая ее.

— Ох, бля… — Мычит тот, уткнувшись в его плечо.

— Нравится, Макс? — Настойчивым шепотом повторяет свой вопрос Женя.

— Да… — выдохом. Тело напрягается, и Женя вновь отпускает его, целуя и заглушая разочарованное мычание. Макс отворачивается, чтобы сделать вдох и облизывает пересохшие губы. — Твою мать, сделай уже… что-нибудь…

— Чтобы ты опять мог сбежать и спрятаться в ванной? — Женя опирается локтями по обеим сторонам от головы Макса и начинает чуть резко покачивать бедрами, имитируя толчки и трясь между его ягодицами.

— Не сбегу… — в этой фразе столько искренности, что Женя на миг отстраняется и заглядывает в его лицо. Натыкаясь на то самое выражение, которое так хотел все это время увидеть — слегка беззащитное и с мутным взглядом — склоняется и целует Макса. Покачивания становятся более энергичными.

Руки Макса вдруг ощутимо начинают двигаться по спине Жени и накрывают его ягодицы, чуть сжимая и надавливая.

Рациональная мысль о том, чтобы не спешить и не идти до конца как-то сразу теряет свою актуальность, и у Жени в сознании происходит настоящий взрыв, по разрушительности с которым не сравнится никакая Хиросима, не говоря уже о Нагасаки. Он неожиданно отпускает себя. Впивается в губы Макса с напором хищника, жестко и властно, больно прикусывая их, скользит языком, пробуя на вкус. И тот вдруг уступает, впускает его, не сопротивляясь и отвечая. Жене нестерпимо хочется оставлять на нем свои метки, с силой сжимая и сдавливая его тело до синяков и одновременно ласкать с нежностью. Заставить стонать, ловить эти звуки губами, вдыхать их. Он хочет заставить Макса одновременно сопротивляться и полностью подчиняться. Заставить кричать, вздрагивать, задыхаться, щипаться, кусаться… Ему столько всего хочется! С ним.

Они трутся друг о друга, будто им по шестнадцать лет и это единственное, на что у них хватает смелости, но делают это с таким же остервенением и напором, с полной самоотдачей друг другу, с безумным желанием наслаждения.

Руки Макса оказываются на груди Жени, но он перехватывает их, грубо прижимая за запястья к кровати, вдавливая Макса в матрас и не прекращая ритмичных и резких покачиваний бедрами то целуя, то кусая Макса за основание шеи, от чего тот со стоном выгибается, непроизвольно подбрасывая бедра навстречу. Женя повторяет это снова и снова, слыша, как Макс задыхается от ощущений, запрокидывая голову. Он хочет довести его до самого сильного оргазма в жизни, подарить особое наслаждение.