Закрой глаза (СИ)

Разливает темно-коричневый ликер, пока Женя наблюдает за его действиями.

У них с отцом довольно странные отношения. Женя не может вспомнить ни одного раза, когда бы тот относился к нему, как к ребенку, будто он им никогда и не был. Даже в детстве. Манера разговаривать и что-то объяснять всегда была одинаковой, что в шесть лет, что сейчас. На равных. Возможно, в виду того, что у них абсолютно одинаковые характеры и даже день рождения в один и тот же день, Женя не знает, но отец для него всегда был чем-то больше похожим на делового партнера, чем на отца. Хотя это касается далеко не всего. Для того чтобы убедить его на воплощение в жизнь какой-нибудь новой идеи по поводу ресторана приходится потратить от нескольких месяцев до года. Александр Костромицкий не любитель экспериментировать и приверженец старой школы, поэтому все ноу-хау своего сына встречает с большой долей скепсиса и недоверия. А Евгению приходится лишь набираться терпения и ждать, что что-то сдвинется с мертвой точки.

Женю не удивляет это отцовское «я тебе говорил». Хоть тот никогда не вмешивается в его личную жизнь, но почему-то изначально был против этих «отношений» еще с самого первого раза, как увидел Артема. «Слишком слащавый» — была его характеристика, и затем короткое заключение «ты с ним намучаешься». Женя про себя хмыкает, вспоминая, как в двадцать признался отцу в своей ориентации. Хотя это сложно назвать «признанием», это выглядело примерно:

— Отец, ты должен кое-что узнать обо мне. Я…

— Я знаю, что ты гей. Ты проверил карту вин?

Не отрываясь от подписывания каких-то бумаг. Ровно и спокойно. Без криков, истерик и ругани. Откуда об этом мог знать отец, если на тот момент Женя едва сам в себе разобрался после непродолжительных отношений с девушкой, он до сих пор не знает. Но уточнять не стал. Эта ситуация походила на то, как если бы Женя вдруг сообщил, что на складе закончились овощи или еще что-нибудь в этом духе.

Мать же, как не подозревала, так до сих пор и не знает, да и подобрать «подходящий момент» с ней не представляется возможным. По образованию учитель русского языка и литературы и редактор, она уже давно переквалифицировалась в писательницу приключенческих романов в стиле фэнтези. Не Джон Р. Р. Толкин, конечно, и даже не Сапковский, но уже несколько лет издается с легкой подачи отца, который в свое время не пустил ее работать. Когда Женя вырос достаточно, чтобы обходиться без ежесекундной опеки и внимания, ей стало скучно. Не придумав, чем еще себя занять, она начала писать. Со временем это превратилось в навязчивый невроз. Она вся там, в своем собственном мире. Даже если не пишет, а делает что-то другое.