Запретные чувства (СИ)

—Это в тебе говорит вино, Мелисса, — Алекс отстраняется от меня, убирая руки с моей талии. — Завтра ты будешь ненавидеть меня и говорить, что между нами ничего не может быть.

—Это будет завтра. Сейчас я хочу, чтобы ты поцеловал меня.

Я трепетно прикасаюсь ладонями к его лицу, поглаживая большим пальцем его родинку возле глаза, Алекс на секунду закрывает глаза, прогладывая слюну. Я вижу, насколько ему тяжело, внутри него борьба: дать нам обоим возможность отдаться своим чувствам и желаниям, и наутро пожалеть об этом, или же прекратить эту порочную связь и никогда о ней не вспоминать.

—Нет, Мелисса. Хватит, — он открывает глаза и грубо убирает мои руки, отбрасывая их в сторону. —Слезь с моих колен, еще немного и ты заставишь меня совершить глупость.

Не медля ни секунды, как только были произнесены эти слова, я поддаюсь вперед и впиваюсь в его губы. Через мгновение, Алекс совершенно не сдерживает себя и отвечает на поцелуй, грубо проникая языком в мой рот. Я чувствую на губах вкус шоколада и ментола и это сочетание вызывает у меня бурную реакцию, заставляя мои и без того мокрые трусики вновь пропитаться влагой. Рука Алекса больно падает на мои ягодицы и с силой сжимает их, от чего я немного постанываю от неожиданности. Я вцепляюсь в верхний край его футболку около шеи, грубо сминая ткань в кулак. Это мой первый поцелуй и я в восторге от него. Его губы продолжают нагло целовать мои, прикусывая их до крови. Нет, мне не больно. Сейчас я готова позволить ему все. Казалось, он словно голодный зверь, у которого долгое время не было секса. Ведь Алекс буквально пожирал меня и сжигал своей страстью. Через долгое время нашего поцелуя, Алекс чуть отстраняется от меня и опускается вниз — к моей шее. Он проводит языком по нежной коже, оставляя мокрые дорожки, прикусывает ее, пометив меня красными следами любви. Мне было мало его, мне хотелось больше.

—Я хочу тебя, Алекс, — я обхватила его лицо ладонями и заставила посмотреть на меня. —Очень сильно.

—Мел, я…— Алекс выглядел таким растерянным и не похожим на себя.

—Нет, я Мелисса. Только ты можешь так называть меня.

Воздух вокруг, наколенный настолько, что одна искра и все вокруг полыхнет огнем, вдруг стал холодным. Во взгляде Алекса что-то поменялось: не было больше того огня и страсти. Я больше не чувствовала любимого запаха, будто рецепторы начали отказывать. Его руки больше не прижимают меня к его телу. Мои руки все еще лежали на его спине и кончики пальцев начало покалывать, будто от мороза. В груди снова начало ныть, ведь Алекс одним легким движением перекинул меня через себя, грубо отбросив в сторону, от чего я оказалась на краю кровати. Он, совсем не оборачиваясь, подошел к стулу и поднял свою куртку.

—Что происходит? — я вскочила, словно ошпаренная кипятком.