Запретный поцелуй

Теперь, когда вы знаете, кто я такая, вы, похоже, и не притронетесь ко мне, ведь верно? Это леди Эмму вы желали, а вовсе не меня.

– О чем это вы говорите?

Силы небесные, на этот раз, кажется, она сказала слишком много.

– Ничего. Это пустяки. Он схватил ее за руку.

– Ясно, что это не «пустяки», иначе вы бы этого не сказали. Не думаете же вы, что я целовал вас сегодня днем только потому, что принимал вас за леди Эмму?

– Это не имеет значения. – Девушка старалась, чтобы голос ее звучал спокойно и ровно, хотя внутри ее терзала боль. – Я… я все понимаю. Правда. Вы предпочитаете более опытных женщин.

Вы считали меня распутницей, поэтому пытались соблазнить меня. Но теперь, когда моя неопытность… совершенно очевидна, я могу больше об этом не беспокоиться, ведь так?

– Боже милостивый, если бы это было правдой! – Он зарылся пятерней себе в волосы. – Я убедил себя, что вы леди Эмма, потому что тогда я мог бы позволить себе то, чего я действительно желал – заняться с вами любовью. Но именно Эмили Фэрчайлд я на самом деле хотел, уверяю вас. И Эмили Фэрчайлд я все так же хочу.

– Прекратите! Перестаньте говорить мне все это только лишь для того, чтобы утешить меня! – Глаза ее наполнились слезами, и она отвернулась от него.

 – Я терпеть не могу, когда вы меня жалеете!

– Жалею вас? – Он прижал ее к стене и поднял вверх ее лицо за подбородок, вынуждая смотреть на него. – Жалеть вас! Ради Бога! Вы хоть понимаете, что вы со мной делаете? Если бы мы не находились в публичном месте, мы бы уже не разговаривали. Я бы давно уже освободил вас от этого проклятого лоскутка соблазна, который вы надели. Я бы пожирал глазами каждый дюйм вашего прекрасного тела. Мы бы уже оказались на полу.

И я бы целовал вас во все места, которые вы только можете себе представить, и даже в те, что представить не можете. Вам не удалось бы уйти отсюда девственницей, клянусь!

Теперь она не могла сомневаться в его словах. Они подтверждались голодной жаждой в его глазах, хриплостью его голоса, учащенностью его дыхания. Она ощущала жар его тела, прижимавшего ее обнаженной спиной к холодной стене.

– И не имеет значения, притворяетесь ли вы леди Эммой или самой королевой Англии. Вы все равно та же Эмили, женщина, которая влечет меня так сильно, что я потерял сон.

Я не переставая думал о вас с той ночи, которую мы провели вместе в карете…

Он коснулся поцелуем верхушки изящного ушка, потом чувствительного местечка под ухом. От него исходил аромат мыла и табака. И вожделения. Самого откровенного вожделения. Легкая дрожь предвкушения пробежала вдоль ее позвоночника.

Он продолжал строгим голосом:

– Поверьте мне, я никогда не целую женщин, если не испытываю к ним влечения. Но я понимал, что не должен, не могу себе позволить желать вас.