Запретный поцелуй

Почему ты отослала ее прямо в постель, хотя я велел немедленно все доложить мне?

– Потому что она умирала от усталости.

– После одного паршивого бала, который закончился чуть позже полуночи?

– Нет. После урока танцев и хождения целого дня по магазинам для различных покупок, а потом уже после бала, на котором ей пришлось все время танцевать.

Она закатила глаза и наклонилась вперед, чтобы помассировать ногу.

– Если ты не хочешь делать как полагается, тебе следовало сказать мне раньше. Я бы надела на нее власяницу, посыпала ей голову пеплом и на каждом приеме ставила бы ее в угол.

Рандолф ничего не ответил, только нахмурился. Он никогда не ценил присущее сестре чувство юмора.

– Ну что ж, лучше бы девчонке найти что сказать мне, когда она спустится. Я не намерен продолжать ее развлечения, если она не способна ничего добиться.

– Развлечения? – Отрывистый, похожий на лай смех Офелии резко нарушил спокойную тишину раннего утра в особняке Несфилда. – Девушка, похоже, считает это пыткой.

Когда Рандолф, прищурив глаза, взглянул на сестру, она умышленно добавила:

– Хотя ума не приложу почему. Если она не хотела этим заниматься, ей всего лишь следовало ответить отказом.

Разве я не права?

Он отвел взгляд и недовольно поджал губы. Настало время перейти в наступление.

– Рандолф, что ты сказал Эмили, чтобы заставить ее согласиться с твоим планом? Ясно, что она считает этот замысел неприятным. Видел бы ты ее вчера после бала. Она была подавлена и напугана, как мышь в кошачьих лапах.

– А на балу она тоже вела себя подобным образом? Не об этом мы договаривались, знаешь ли. Я хотел, чтобы она…

– Рандолф! Попридержи на минуту свой болтливый язык, слышишь? – Он сердито посмотрел на сестру, но, к счастью, ничего не сказал.

 – Не нужно беспокоиться насчет Эмили. Во время бала она держалась так самоуверенно и независимо, как ты только мог пожелать. Все мужчины были у ее ног и сочли ее самым «необыкновенным» созданием на свете.

– Тогда почему она была подавлена?

– Очевидно, потому, что считает это испытание обременительным и опасным.

Офелия была уверена, что мрачное настроение девушки по дороге домой отчасти объяснялось ее встречей с Блэкмором, хотя Рандолфу пока не следовало об этом знать.

Она пыталась выведать у Эмили, что случилось у нее с этим проходимцем, но девушка уклонилась от ответа.

– Возвращаюсь к моему первоначальному вопросу, – продолжала графиня, не позволяя Рандолфу увести ее в сторону. – Так почему она согласилась помочь Софи в ущерб собственной честности? Какую власть ты имеешь над бедняжкой Эмили?

– Власть? – Он взвился и зашипел как змея. – И в самом деле, власть. Ее отец получил от меня приход, а значит, и средства к существованию. Вот и вся моя власть.