Запретный поцелуй

Пока он не может быть полностью уверен, что она – это Эмили Фэрчайлд, он не осмелится разоблачать ее.

– Может быть, в другой раз, – сказал он.

Чувствуя себя более уверенно, она удалилась с Поллоком.

Как же, в другой раз! Если у нее все получится, это произойдет, когда свиньи начнут летать, а рак на горе свистнет, и ни минутой раньше.

Кого мы называем джентльменом?

Любого негодяя и грубияна,

Коль пышно он одет по высшей моде

И золотом полны карманы.

Несколькими минутами позже Джордан вскочил в карету и приказал Уоткинзу везти его в клуб. В ушах его все еще звучали ее слова: «Тогда ваша жизнь, должно быть, и в самом деле безотрадна».

Маленькой негоднице действительно стало жаль его! Его! Графа Блэкмора! Человека, который сделал в своей жизни больше, чем дюжина пэров!

Допустим, большую часть ночей он спит в одиночестве. И бывают моменты – теперь, с отъездом его сводной сестры, чаще, чем прежде, – когда его дом напоминает ему роскошную могилу, подобно гробнице фараона. Иногда жизнь оборачивается и таким образом. Погоня за сомнительными посулами любви приносит одни только разочарования.

И все же ее голос продолжал будоражить мысли. «Жизнь ничего не стоит без подобных излишеств».

Можно подумать, что женщина в ее возрасте хоть что-нибудь понимает в жизни! Он презрительно фыркнул, глядя в окно на запыленные улицы, которым сумеречный свет на всем грязном пути придавал неумолимый серый оттенок, особенно в этой части Лондона. Престарелый торговец ягодой в молчании устало тащился домой, волоча голыми, покрытыми ссадинами руками тележку с нераспроданной клубникой. Чуть дальше, под масляным фонарем, стояла уличная шлюха, подыскивая клиента, пока солнце еще не село.

Хотя Джордан вырос в богатой и знатной семье, он повидал немало подобных сцен, особенно с тех пор, как его сочувствующая реформам мачеха вышла замуж за его отца.

Да, любовь была излишеством в гораздо большей степени, чем Эмили… леди Эмма… кто бы она ни была… могла бы себе вообразить. До тех пор, пока лорд Несфилд и леди Данди не приодели ее и не выставили напоказ, она даже никогда не покидала деревни. Что может она знать о непостоянной природе любви, о том, как люди дают обет любить, а потом нарушают его?

Джордан сжал руки в кулаки.

Эмили с ее поддразниваниями и кокетством и возвышенными рассуждениями о жизни – наивная глупая простушка. Если она не поостережется, мужчины станут обращаться с ней как с легкомысленной ветреной женщиной, и она попадет в беду.

Если это леди Эмма, ее скомпрометирует какой-нибудь охотник за приданым. А если это переодетая Эмили? Джордан нахмурился. Несфилд ни за что не станет ей помогать, окажись она в беде.