Заставь меня ненавидеть

И понимаю, что ты чувствуешь, – намеренно делаю выжидающую паузу и слежу за каждым движением Беркута. Он молчит. – Я потеряла отца почти три года назад. Я была опустошена. Мне казалось, что я никогда не смогу вернуться в привычное состояние, а буду лишь корить и ругать себя, что не доглядела.

Я замолкаю, чувствуя как ком подкатывает к горлу. Я до сих пор могу научиться говорить о нем без слез. Как бы то ни было, я любила своего отца, и в воспоминаниях крутится лишь только то, что он самый добрый, заботливый и ласковый.

– Как это произошло? – хрипло спрашивает Влад, нарушая такую громкую тишину между нами. Громкую, потому что мы будто слышим мысли друг друга, при этом не говоря ни слова.

– Он стал выпивать. Мы с мамой отправили его на лечение. Папа закодировался, но ненадолго. Он сорвался. Тогда была зима, он вышел от своего собутыльника, упал в снег и замерз, – не глядя на Влада, говорю я.

– Как бы жестоко это сейчас не прозвучало, но это был его выбор. Он сам так решил, – холодно произносит он.

– Да, Влад, но от этого не легче, – я отворачиваюсь, пытаясь спрятать слезы, которые сдерживать уже не возможности.

– Зачем ты пришла? – в тоне брата слышится такое знакомое безразличие.

– Я пришла просить тебя, Влад, оставить наших родителей в покое. Я понимаю, что ты злишься на отца, но…

– Ты ничего не знаешь. Не лезь в это, – грубо отвечает он. Я перехожу черту, но не говорить об этом не могу.

– Влад, послушай, пожалуйста. Рано или поздно, ты остынешь, придешь в себя, а вот судьбы наших родителей останутся искалеченными, – ощущаю горечь от того, что он отказывается слышать. Я все же искренне надеюсь, что это всего лишь слова, которые не имеют ничего общего с действиями. Но следующие фразы Беркута разбивают мои надежды в пух и прах.

– Не суйся ко мне, девочка. Иначе я сделаю так, что ты возненавидишь меня и тот день, когда обратилась со своей идиотской просьбой. Ответ по-прежнему, нет. Со вчерашнего дня ничего не изменилось, – ледяным тоном замечает Влад. После моей вывернутой души что-то в нем изменилось.

– Влад, ты ведь не такой, каким хочешь казаться, – упрямо говорю я, все ещё надеясь зацепить хоть какие-то струны его души.

– Правда? – насмешливо произносит он. – Какой тогда?

– Хороший человек, с которым произошло много неприятностей, – я не свожу с него глаз и искренне верю, что смогу достучаться до него.

– Ты плохо знаешь меня, детка, – он подходит ко мне. – Я никогда не был хорошим.

– Но это не мешает мне симпатизировать тебе, – эта фраза вырывается непроизвольно. Я жду его реакции. Хоть какой-то, но Влад еле заметно пожимает плечами.

– Твоя симпатия мне безразлична, – ледяной тон Беркута обжигает так, что становится трудно дышать.