Завтра на двоих

 – Под каким именем у тебя в телефоне значится твой шеф?

Бандит ответил лишь угрюмым взглядом.

– Бить не будем, – веско сказал один из «борцов». – Просто будем отрезать причинные места одному за другим, по куску у каждого, пока не получим ответа. Сразу скажу, что тут половина из нас «горячие точки» прошла, так что рука не дрогнет, и не надейтесь. Кто готов до конца дней петь фальцетом и забыть про девочек?

– Мужики, да вы что? – прорезался голос у одного из бандитов.

– Да, мы – мужики и готовы защищать детей, своих и чужих, от вас, от тварей. А вот такие, как ты, не должны размножаться, передавать свои гены.

– С вашими дружками мы так не поступали! – возмутился другой бандит.

– Да просто потому, что вам это в голову не пришло. Ну, а нам вы тактику допроса сами подсказали, своей, так сказать, деятельностью. Есть среди вас хотя бы один, кто хоть раз не издевался бы над секс-рабынями своего шефа? Нам про вас многое известно, ребятки! Так что лучше давай колись, отвечай, что спрашивают! Чего бы такого сделать, чтоб вы не сомневались в том, что мы не шутим? А, Лех, да кастрируй ты одного из них для профилактики. Обычно это срабатывает, и остальные после этого сразу заговорят.

– Думаешь? – голос у Лехи был таким холодным и злым, что даже свои поверили в то, что он это сделает. Вот только никто не пожалел. Даже Лерка.

– Ааа! Стой! – заорал бандит, чувствуя, как лезвие входит в его плоть.

– Ну?! – Леха выпрямился над ним, показывая нож. В крови был лишь самый кончик острия, но бандиту этого хватило с лихвой.

– Телефон только у Бивня есть, он у нас за главного, – зачастил бандит.

– Ну и кто тут Бивень? – оглядел всех Леха. Узнать бандита легко удалось по виду: в то время как остальные вроде как немного расслабились, этот как раз очень даже заметно напрягся. – Ты как предпочитаешь, с операцией или без?

– Ты че, мент, в натуре, запугать меня решил? – окрысился тот.

– Я не мент, – отчеканил Леха. – И они все тоже. Но у каждого есть, за что с вами всеми рассчитаться. У одного сестра была рабыней на вашей бензоколонке, другого вы чуть не убили дважды, у третьего брат погиб от наркоты в двадцать лет, сведя в могилу и мать, у четвертой вы пытались отобрать квартиру не мирным путем… Мне продолжать или ты и так поймешь, что я ХОЧУ, чтобы ты сейчас немножко покочевряжился? Руки чешутся. И не у меня одного.

Остальные, те, кто мог ходить, стянулись к бандитам поближе. Лерка, чтобы выглядеть убедительной, вспомнила Инну Васильевну. Мысль о смерти старой леди сразу охладила теплящийся в ней огонек сострадания к живому существу.