Зажигая пламя

Рассказать про хоккей и кроссфиты с пацанами.

Может быть, порой мы и ведем себя как полные отморозки, но спорт у нас в приоритете.

Я много чем занимался. Энергия била через край. И чтобы дома меньше отсвечивать, не сталкиваться лишний раз с папашей.

– Давай, учи тогда, – улыбается Алина.

Смотрю вниз. Под водой ее сарафан приподнимается, еще больше оголяя ноги. Мышка пытается припечатать его руками к бедрам. Не выходит.

– Эм-м… Ну, схема та же: ложись на мои руки.

Опускаю руки немного под воду и вытягиваю вперед. Алина опускается на них животом. Неторопливо веду ее по воде.

– Наверное, все-таки надо ниже, – говорит девчонка, заметив мой взгляд на своей пятой точке.

Опускаю ее под воду глубже. Так, что торчат только голова и плечи.

– Работай ногами, – инструктирую я, и Алина плавно двигает ножками «по-собачьи». – Руками так же.

Алина с азартом старается. Явно хочет научиться плавать. И у нее даже немного получается.

Мы двигаемся от бортика до бортика. Туда – обратно.

Медленно убираю руки. Алина чувствует, что я больше ее не держу, и тут же начинает тонуть. Раздается испуганный вскрик.

Ловлю ее за талию, до того как она с головой уйдет под воду.

Это я спокойно стою, вода достигает моей груди, а вот для Алины здесь глубоко.

Девчонка цепляется за мои плечи. Соскальзывает. И вдруг обвивает руками шею.

– Давай туда, где мелко, – дергает она головой в сторону.

Не хочу… Мне так нравится держать ее в объятиях. Она даже не сможет от меня убежать. Кайф!

Я не двигаюсь с места.

Мы встречаемся взглядами. Наши лица так близко. Сердце пускается вскачь. Грудная клетка резко поднимается и опадает от частых и неровных вздохов.

– Егор, отнеси меня туда, – снова просит Алина.

Ее голос немного подрагивает. Взгляд мечется между моими глазами и губами.

Хочется сжать ее еще крепче.

И только я решаюсь припасть к ее губам, как краем глаза замечаю какое-то движение в гостиной. Вглядываюсь сквозь панорамные окна. Тусклый свет фонаря подсвечивает гостиную.

Наконец различаю, как Юлиана и Влад уходят в сторону его комнаты.

Алина цокает языком. Я перевожу на нее взгляд. Оказывается, она смотрит в том же направлении.

Отношу девчонку к бортику и сажаю на него.

– Пойдешь их фоткать? – спрашивает она упавшим голосом.

Ругаюсь себе под нос. Я хочу пойти. И не хочу. Все эти компроматы – это как испачкаться. А после объятий с мышкой пачкаться не хочется.

Не могу решить, что делать дальше.

– Ты иди, – говорю, не глядя на Алину.

Пару секунд она сидит неподвижно, а потом я слышу, как девушка вскакивает.

– Знаешь, а я сегодня даже защищать ее не буду! – в сердцах бросает Алина.

Я оборачиваюсь. Она уже идет к входу в дом, отжимая подол сарафана. Поднимает с пола кеды, забегает в гостиную и сворачивает к лестнице.