Здравствуйте, я ваша фея, Или Счастье по вызову

– Что за… – его премудрие раздраженно сунул туда пальцы в поисках помехи и с удивлением ощутил, что они уперлись во что-то помято-бумажное. Шпаргалки? Были бы сейчас весьма ко времени… если в тему… Но расправив на стволе дуба измятый листок размером с две ладони Лесли, он изумленно прочитал:

– «Программа… королевского турнира… посвященного выдаче замуж дочери короля Шантони Луи Второго… несравненной Изабеллы Пышноволосой. Проводится впервые… в столице Шантони Монплезире… Победитель получает всё… Предварительная запись благородных рыцарей заканчивается за полчаса до начала турнира. Мероприятие состоится третьего июня… в десять часов утра… на главной площади перед дворцом… в любую погоду. Приходите, будет интересно!»

Это же сунула кто-то из фей перед самой его отправкой сюда! Вот спасибо-то!

– Какое сегодня число? – Агафон впился загоревшимся взором в растерянную физиономию Леса.

– В-второе… – отступил на шаг тот.

– До Монплезира отсюда далеко?

– Если выехать до обеда… через Гуляки, не через Черешневый Мост… и в Верхних Ясенях переночевать… – наморщил лоб и принялся водить по воздуху указательным пальцем, словно прочерчивая для наглядности весь маршрут, – и оттуда выехать в шесть… то этим жнее утром часов в восемь-девять будем там.

– Ну, так чего же ты стоишь?! Бегом!!! Мы должны успеть!!!

– А разве… – дернулся было по команде бежать, но тут же остановился Лес.

– Что? – насторожился Агафон.

– А разве ваше волшебство не может переместить нас прямо туда?

Волшебник закашлялся.

– Может. Естественно, может. Что за нелепый вопрос! Но…

– Но что? – Лесли доверчиво уставился на крестного покровителя.

– Но… мне надо… по дороге… еще кое-что обдумать, – тот скроил высокомерную и таинственную мину.

«И попробуй только спросить, почему это «кое-что» нельзя обдумывать, сидя на постоялом дворе в Монплезире», – договорил его красноречивый взгляд.

Лесоруб намек понял и язык прикусил.

– …Как сломалась?! Что значит – сломалась?! Какого лешего сломалась?!

На Агафона было больно смотреть. Безостановочно ходил он вокруг телеги с неестественно оттопыренным колесом, застрявшей посреди двора, и заглядывал ей под днище то так, то эдак, словно стоило ему как следует разглядеть место поломки, и предательский воз починился бы сам собой.

Выпряженный и забытый мерин скромно пристроился у любимой цветочной клумбы матери Лесли, но время от времени переставал жевать и опасливо косился на мечущегося туда-сюда незнакомого человека в развевающемся черном балахоне. Молодой дровосек, уворачиваясь с пути возбужденного фея, разводил руками:

– Так это… ось ведь сломалась… крестный… Что я-то сделаю?

– Это ты специально!!! – взъярился на него школяр.

– Нет, что вы! – шарахнулся парень.