Золотая туфелька для гувернантки

Я только порадовалась, что акцент этот из-за маски звучит не с моим настоящим голосом.

— Нет, я не самая завидная невеста, — попыталась я увести разговор в более безопасное русло. — У меня весьма... обременительное наследство, поэтому мне трудно найти жениха.

И мне даже самой понравилось, как ловко я описала свою ситуацию! Вроде и не соврала, а вроде и не сказала, что мой муж попадёт к отцу «в рабство» и будет вынужден тоже работать на госпиталь за идею. Ну, если, конечно, не найдётся какой-нибудь сумасшедший, который решит меня выкрасть. Я даже с удовольствием ему поддамся.

— Мне кажется человек, который по-настоящему любит способен преодолеть любые трудности, —проникновенно заметил король.

Я честно пыталась держать лицо — даже щёки закусывала. Но затея полностью провалилась. Мой смех, казалось, даже в зале услышали! Но я искренне надеялась, что никто не пойдёт нас искать.

— Вы не верите в любовь? — проницательно уточнил собеседник.

— Умеренно верю, — задорно отвертелась я. — Она, наверное, существует, но не такая выдающаяся, чтобы ради другого человека гробить собственную жизнь. Всё равно в любви присутствует некоторый расчёт.

— Какая неромантичная леди, — усмехнулся король, успевая пробовать закуски.

Мне же хватало одного рулетика на шпажке — до того, как меня занесло на балкон, я уже наелась.

— А вы романтик? — поддела я, не представляя, что у правителя могут быть подобные чувства. Тем более после того, как он овдовел два раза.

— Есть немного, — скромно признался он.

— Значит, вы жену свою любили? — намеренно поддела я, словно пытаясь спустить этого ловеласа с небес на землю.

Не жаловала я, когда так противоречиво рассуждали о большой любви, но при этом флиртовали направо и налево.

Однако, неожиданно он достойно сдержал удар.

— Любовь же не ограничена и разная бывает. Я дочерей своих всех очень люблю. И первую жену любил безумно, но она умерла уже шестнадцать лет назад. Не могу же я скорбеть вечно?

— И вторую любили? — заинтересовалась я, но он лишь покачал головой, поражая меня неожиданно честностью.

— Я был очень молод и неопытен, у меня на руках оказалось пять дочерей, им нужна была мать, я искал утешение и рассчитывал на наследника. Сейчас я понимаю, что не стоило мне этого делать.

Я не смог дать ей того внимания, которое она хотела. Но вы не против, если мы больше не станем в такой хороший день говорить на печальные темы?

— Да, конечно, прошу прощения, что спросила, — тут же опомнилась я, но король внезапно поймал мою ладонь и доверительно сообщил:

— Если бы я не хотел этим делиться, то и не рассказал бы. Просто с вами почему-то мне хочется быть откровенным.

Я нервно хихикнула. Учитывая, что пришла сюда под маской и собиралась украсть крайне ценный плод, стремления были односторонними.