Золотые мальчики (ЛП)

Когда я начинаю думать о региональных соревнованиях, которые пройдут через пару недель, мой ближайший план — держать Уэста на расстоянии вытянутой руки. Я не думаю, что мы готовы к каким-либо последствиям, с которыми мы столкнемся, если к уравнению добавится секс. Однако, если я обнаружу, что сопротивляться ему труднее, чем ожидается, я также обязуюсь не корить себя, если уступлю.

Что касается будущего, кто знает, где мы с Уэстом окажемся в конечном итоге, но куда бы мы ни направлялись, мы доберемся туда в моем темпе.

Который на данный момент установлен на супермедленный.

Почему бы нам просто не сказать, что я в процессе работы.

— Вы с Паркер снова вместе?

Я поднял взгляд от своего чемодана в сторону Дэйна, когда он спросил. Сначала я растерялся, пока он не показал на пачку презервативов, которую я только что бросил в сумку.

Улыбаясь, я застегнул молнию.

— Тогда кто? — он бросил на меня любопытный взгляд.

Я пожал плечами, делая вид, что не имею в виду никого конкретного, но на самом деле кто-то определенно есть. Моим братьям просто не нужно об этом знать. Во всяком случае, не сейчас. Всему свое время.

Я уже две недели думаю об этих выходных, и не потому, что наша команда доминировала в финале районных соревнований на прошлой неделе, пробивая себе дорогу на региональные соревнования. То, чего я с нетерпением жду, это идеальные груди третьего размера и задница, в которую я хочу вонзить зубы.

Теперь, когда мы закончили с плаванием, у меня не было повода быть рядом с ней. Не было оправдания, чтобы прикоснуться к ней. Отстойно то, что это мне вообще нужно. Хотя за последние пару месяцев я дал ей много поводов держаться от меня подальше. Теперь она, естественно, избегает меня.

Она присутствовала на каждой игре, делала снимки для газеты, но что касается общения — его между нами не так много. Если не считать того, что мы не могли оторвать друг от друга глаз во время единственного совместного занятия, когда проходили мимо друг друга в коридорах и во время обеда. Я всегда знаю о ней.

Я даже зашёл так далеко, что велел девочкам отступить. Большинству из них все равно, но для Паркер все, что касается Южанки, — личное. Возможно, потому что то, что ей сказали, что ее единственная цель с начала учебного года теперь вне зоны доступа, служило ярким подтверждением. Это говорило о моем растущем уважении к девушке, которую я когда-то поклялся уничтожить.

Я ни в коем случае не стал мягким, но и не настолько упрям, чтобы не видеть необходимости переоценки. Начиная с решения, которое я принял около двух ночей назад, когда не мог заснуть, потому что не мог перестать думать о…

На самом деле неважно, о ком или о чем я думал. Главное, что мне было неспокойно.

Именно во время этого беспокойства я принял кое-что.