Звёздные врата. Пять чувств. Триллиум. Сборник. Кн. 1-13.

Хоть он и куакоатл, живое воплощение императора, такое нарушение процедуры запрещено.

Тлакаклел снова сделал жест, и снова удар концом копья потребовал тишины и внимания. Теперь вице-император концом острого ногтя указал непосредственно на Блейка.

– Говори. Как ты объясняешь.

Правда, насколько можно, быстро решил Блейк. Он опирался на свое чувство, предупреждающее о перемене, но не об опасности.

– Я разрешенный торговец из группы, которая по закону направлялась в Ксоматл, Великий… – Он постарался сделать свой рассказ кратким, хотя говорил медленно. Падение за борт превратилось в несчастный случай, но в остальном он придерживался фактов.

Он не знал, насколько понимают его слушатели, хотя большинство дворян и все торговцы знают английский.

Говоря, Блейк напряженно думал. Он вспомнил один из многих ставших ему известных на Вруме фактов. Закончив, он коснулся пальцем пола, потом губ и посмотрел в лицо вице-императору.

– Клянусь в этом Хитзилопоцли!

Пятьсот лет назад человек, сделавший такое заявление, больше не допрашивался. Он говорил правду. Тлакаклел несколько секунд внимательно смотрел на него, потом сказал:

– Бог-Бабочка давно не подтверждает истинность клятвы жизнью и смертью в этой земле, чужеземец.

Ты дал странную клятву. Но мне кажется, слова эти сохраняют свою силу. Может ли кто-нибудь здесь высказаться в твою защиту, подтвердить, что ты говоришь правду, что тебя следует вернуть на родину, так как ты не причинил вреда этой земле и тем, кто живет в ней? Кто поручится за него в присутствии судей?

Действительно ли этот вопрос адресован Блейку? Куакоатл больше не смотрел на пленника, его внимание переместилось на толпу, которую ограждали ряды стражников.

– Я поручусь, В передний ряд толпы выдвинулся офицер. У него не было значка ягуара, мундир его казался тусклым среди этого разнообразия цветов. И Блейк не узнавал герб на его нагрудном значке.

– Да будет записано, что достойный куаухуахуаткве Тотзин с границы высказался за пленника, зная, что тот говорит правду, и вина отныне на них обоих поровну.

Куакоатл произнес это быстро, и снова судьи зашевелились. Тотзин подошел к нижней платформе, сделал какое-то формальное заявление, ему что-то ответили, и он направился прямо к Блейку.

Стражники отступили, хотя и с явной неохотой.

Блейка не нужно было подгонять. Он не знал, что скрывается за этим, но положение изменилось к лучшему, и он готов следовать за своей удачей. Во всяком случае сюда его привели под охраной, а уходит он свободно.

Только когда показалась пристань, Блейк понял, что они направляются к реке. Тотзин ничего не объяснил, и патрульный считал неразумным расспрашивать, пока не разберется в обстановке.