Ад, или Александр Данилов (СИ)

А ещё говорила, что рана-то явно не опасная, крови чуть совсем на салфетке было, которой они дырку в животе обрабатывали.

Данилов отодвинул приставучую глупую девицу, не стал слушать никому не нужный трёп, поскольку ценную информацию, которая бы помогла в диагностике, от неё получить не представлялось возможным, и вошёл в палату.

На кушетке лежала бледная худенькая девочка с распущенными волосами, до середины длины окрашенными в ярко-малиновый цвет. Эта яркость прибавляла безжизненности детскому кукольному лицу.

— Петрович, что тут у нас? — спросил дежурного хирурга.

— Ножевое в живот, рана инфицирована, температура под тридцать девять, в крови выраженный лейкоцитоз, анемия. Давай УЗИ сделаем да в операционную. Перитонитом тут пахнет… Ну, всё, как ты любишь, знаешь и практикуешь. Тебе звонил, потому что твои руки есть руки правильно растущие, а девчонка молоденькая, ей жить и жить. Если есть возможность её от инвалидности спасти, то сделать это сможешь только ты.

Александр ничего не ответил вслух, произнеся всё, что думает о Петровиче, про себя. Медсестре Марине поручил вызвать полицию и найти в телефоне недорезанной девочки номер матери, позвонить и сообщить всё как есть. Саму же пациентку после ультразвукового исследования они с Петровичем взяли в операционную.

Уже там, когда пострадавшая была под наркозом, Петрович рассказал Данилову обстоятельства травмы. Всё началось с того, что девочки решили прогулять школу. И это им удалось. Отец подруги уехал в командировку, мать работала сутками, квартира целиком оказалась в их распоряжении. Девочки собирались приготовить что-нибудь перекусить и как следует оттянуться с одноклассниками, которые присоединились к ним после занятий, даже бутылку виски из запасов отца умыкнули, надеясь, что он не заметит. Выпили прям с утра по чуть-чуть для настроения, нарезали пару салатиков, запекли курицу, и перед приходом гостей пострадавшая побежала на помойку мусор выносить. Мужчину, который пырнул её ножом, девушка не запомнила, только ощутила резкую боль и очень удивилась, что порез есть, а крови практически нет. Решила, что нож внутрь не попал, только кожу повредил. Вернувшись в квартиру, рассказала всё подруге, та ей налила ещё виски и дала пару таблеток кетонала. Поскольку крови было немного и боль отпустила, девчонки решили никому ничего не говорить, справедливо полагая, что гнев родителей будет ужасен. Потерпевшая не ела вместе со всеми, только пила виски. У неё кружилась голова, она объясняла это испугом и алкоголем на голодный желудок и прилегла в комнате подруги. Ребята веселились до самого вечера, о ней практически забыли. Свою мать девочка предупредила, что ночевать не придёт, останется у одноклассницы. Вот и вся история.