Ад, или Александр Данилов (СИ)

Кстати, мне нравится моё новое отделение, но об этом мы поговорим там, — она показала в сторону Центра. — Я хочу признаться в другом.

Олег вопросительно поднял брови.

— Таня, нам сейчас предстоит невероятная перестройка во всех областях. Давай говорить друг другу всё и прямо, не обижаться на слова, потому что мы, два закостенелых одиночки-трудоголика, учимся быть вместе. Я даже немножко рад, что Сашка со всем его ненормальным семейством оставили у себя на лето Дашку, дав нам возможность притереться друг к другу.

— Ты снял мысль у меня с языка. Хотя нет — я не рада тому, что ребёнок будет жить целый месяц без родителей. Мы поедем к ней в субботу, не возражай.

— Я только собирался тебе это предложить. Очень скучаю по дочери. Но они в чём-то правы, там солнце, воздух, натуральные молочные продукты. Да и присмотрят за девочкой нашей так, как нужно. И педиатр её видит каждый день.

Таня кивнула, соглашаясь, но радости на её лице не было.

— Олежек, нужно срочно оформлять документы. Наша дочь должна быть нашей дочерью.

Олег достал свой айфон, нашёл номер Сони и нажал кнопку вызова. Они вместе с Татьяной долго слушали гудки, но ответа так и не дождались.

— Ты знаешь, где она живёт? — спросила Татьяна.

— Конечно, я сам снимал для неё квартиру и плачу за неё.

— Тогда нужно связаться с хозяином квартиры.

— Хорошо, как только пообедаем, — отвечал Олег, понимая, что вернуться к договору ему сегодня уже не придётся.

Интересно, что есть уже не хотелось, одолевало чувство тревоги. Только сейчас он понял, что Соня слишком долго не давала о себе знать. Раньше она одолевала его звонками по любому вопросу, а тут тишина. И это не добавляло ни оптимизма, ни аппетита.

Но всё, что заказала Татьяна, пришлось съесть. Невольно подумалось, что это ещё одна сторона семейной жизни. Теперь свобода ограничивается выбором его половинки. К этому придётся привыкать. Было б восемнадцать, даже внимания бы не обратил на такую мелочь, а сейчас для закостенелого холостяка всё оказывается слишком сложным и в то же время приносит радость. Искренняя забота приятна, больше того, она делает его мягче и спокойней.

Ехать на встречу с владельцем квартиры на такси показалось нерациональным, и они вернулись в Центр за машиной. На душе скреблись кошки. Олег сам не мог понять почему, но предчувствие чего-то нехорошего не покидало.

Как оказалось, в квартире обитали уже совсем другие люди. Где Соня, почему она ушла, никого не предупредив и оставив часть вещей, хозяин не знал. Путался, когда рассказывал, не мог определиться, как долго Соня отсутствует, а главное, почему о её пропаже он не известил Олега и продолжал получать от него деньги.

— А если её убили? — недоумевал Олег.