Ад, или Александр Данилов (СИ)

 — Саша не сделал тебе ничего плохого, он не знал о твоём существовании, и это моя вина, не его.

— Но ты была все эти годы со мной, а он нет! Неужели ты не понимаешь? Он даже не искал тебя. Почему ты о нём всё знала, а он… Не оправдывай и не защищай! Я верю, что ты его любишь, вон, как только увидела, сразу замуж за него пошла. Да и вообще, всё не по нашему плану получилось, а по его. А он ведь так и не знает сути всего происходящего.

Дина смотрела, как нервничает и злится дочь, и не понимала. Наверно, первый раз не могла согласиться с чувствами и доводами своей старшенькой, самой любимой из детей. Нет, сыновей она тоже безумно любила, но всё же не так. Может быть, потому что в Кате была частичка Данилова, да и похожа дочь получилась на отца как две капли воды, только черты помягче да характер пожёстче.

— Ну что, Дина, готова? — спросил Данилов, зайдя в комнату, и, не дожидаясь ответа, подхватил сумки и вышел с ними к машине.

Дина поспешно встала, обняла Катю, поцеловала в лоб.

— Катюша, всё будет хорошо, вернёмся, поживём ещё немного, а потом я Сашу на тебя оставлю, а вас троих — на него. И мне спокойно будет, и вам хорошо. Он надёжный, не предаст никогда. Да и ты вся в отца.

— Мама! — возмутилась Катя, но не договорила. Вышла в прихожую вместе с матерью, глянула, как Данилов поднял на руки Мишку, обнял, расцеловал пухлые щёчки.

— Мы вернёмся, герой. Не скучай, ладно? — Мишка похлопал его по щекам и рассмеялся. — Я тебе игрушки и книжки привезу, займусь тобой, сынок. Ты у нас ещё ого-го каким парнем будешь. Согласен?

— Дя, — ответил малыш.

Данилов поставил его на пол, и тот убежал. Саша же переключился на Катю.

— Катюша, ты с Мишкиным старшим братом поговори, я ведь от вас уже никуда не денусь. Надо нам с ним мосты наводить. Пусть домой от бабушки возвращается. Сделаешь?

— Сделаю, но не ради вас, а только потому, что мама…

Он не дал дочери договорить.

— Ради самих себя постарайтесь. Ну что, до встречи. Берегите друг друга и бабушку. Пойдём, Дина.

Данилов помог надеть ей пальто и сапоги, застегнул замки, обнял за талию, и они вместе вышли из дома.

— Первый раз уезжаю, — пожав плечами, произнесла она. — Вот как Павел дом построил, так я каждый день в нём.

Саша помог ей устроиться в машине и пристегнул ремень. Выехал за ворота, потом вернулся, закрыл их, снова сел за руль и произнёс:

— Ну что, с Богом, погнали.

Пока не выехали из посёлка, Данилов молчал, а Дина внимательно разглядывала его лицо, морщинки возле глаз, расходившиеся лучиками, такую раннюю, еле заметную, но уже появившуюся седину.

Жалела ли она о чём-то? Нет, теперь не жалела. Она была с Сашей каждый день, каждую ночь и ощущала себя самой счастливой женщиной на свете, как тогда, семнадцать лет назад, когда они не представляли жизни друг без друга.