И один в тайге воин

— Потом посмотрю, — улыбнувшись, кивнул Мишка.

Спустя ещё четыре дня вечером они ввалились в избу, и Мишка, небрежно усадив измотанного пленника на лавку, облегчённо вздохнул, снимая с себя амуницию:

— Дом, милый дом. Сейчас помоемся, поедим, чаю попьём, а потом решать будем, что дальше делать, — сказал он, обращаясь к Торгату.

— Я уже сказал парням, чтобы баню топили, — кивнул тот, открывая дверцу печки.

— Ага, опять с добычей, — весело констатировал Илкен, входя в дом.

— А ты сомневался? — повернулся к нему Мишка. — Лучший охотник стойбища и его лучший ученик по следу пошли и без добычи вернутся? Обижаешь, приятель. Баню затопили?

— Давно уже, — кивнул Илкен. — Мы вас ещё на реке увидели.

— Расскажи, что сделать успели? — потребовал Торгат, доставая трубку."

"— Всё сделали, как сказали, — решительно заявил паренёк. — Рыбой солёной и икрой все бочонки забили и в ледник поставили. Под копчёную рыбу ещё пять бочонков осталось. Как наполним, можно будет увозить. Нам рыбы много взяли. Тоже засолили. Копчёной меньше. Перца мало. Соль тоже кончается, — закончил Илкен доклад, покосившись на Мишку.

— Следующей ходкой ещё привезу, — кивнул парень, даже не спрашивая согласия Торгата. Тот только трубкой пыхнул, чуть прищурив глаза в знак согласия. — Скажи парням, пусть продолжают пока рыбу ловить. Бочонков тоже привезу. И ещё. Собери парней, человек десять, пусть по нашим следам в их лагерь сбегают и принесут сюда всё, что там есть. Всё, Илкен. До последнего гвоздя.

— Десять мало будет, — с сомнением протянул паренёк, поглядывая на отца.

— Значит, собери двадцать, — отрезал тот. — Тебе старший брат велел.

— Всё сделаем, — кивнул Илкен, выскальзывая из дома.

— Извини, Торгат, что командовать начал, — повинился Мишка, сообразив, что влезает не в свою епархию.

— Давно пора, — проворчал в ответ охотник. — Скоро придёт время, когда я уже не стану первым. И тогда они должны будут тебя слушать. Особенно в том, что нужно для защиты дома духов. Пусть привыкают. Командуй, но не забывай требовать правильного дела. И пусть рассказывают всегда, как и что делали. Так правильно будет. Понял? — взгляд охотника словно пронзил парня насквозь.

— Я запомню, Торгат, — кивнул Мишка, стараясь не дрогнуть лицом и чувствуя себя мальчишкой двенадцати лет, который случайно заблудился в тайге и набрёл на стойбище хантов.

Именно так опытный охотник смотрел на него, обучая правильной охоте.

— Вы так и не сказали, что со мной будет дальше, — неожиданно влез в их разговор пленный.

— Веди себя тихо, и познакомишься с нашей контрразведкой, — хищно усмехнулся парень. — А будешь создавать проблемы, я из твоей шкуры себе перчатки сошью. Говорят, у благородных модно перчатки носить.

— Не надо мне угрожать, — вскинулся мужик.