Агент таурель-класса

Я безумно сильно его любил и отдал бы всё на свете, чтобы он был счастлив и чувствовал, что всё, что я делаю – исключительно из любви к нему. И тем больнее было его расстраивать…

– Шонхорн отчасти прав. Люди слабы по сравнению с нами, их раса… оставляет желать лучшего.

Терекх сжал кулаки, но промолчал.

– Я не отрицаю, что они многого добились в плане науки, но они, во-первых, бесконечно далеки от традиций Ларка, во-вторых, они никогда не поймут нашу религию, и в-третьих, любая ларчанка будет счастлива выносить твоего ребёнка, а человеческая женщина… в общем, я не уверен. Да и физически они мельче и слабее, чем ларчанки. Я не хотел бы, чтобы ты разочаровался. Пожалуйста, не соединяйся с ними и передай это воинам.

– Как прикажешь, мой вождь, – не без раздражения ответил Терекх, повторил традиционный жест с прижатым кулаком к груди и вышел.

В дверях он едва не столкнулся со смотрителем границ клана, громко фыркнул и, не извиняясь, пошёл дальше. Пожилой ларк же низко поклонился вначале в удаляющуюся спину брата, а затем степенно прошёл в зал и вновь поклонился, но уже мне. Седые косы коснулись пола, тихонько звякнули вплетённые в них бусины и колокольчики.

– Мой вождь, ваш советник передал, что вы хотели меня видеть. Я могу чем-то помочь?

– Да, Дайнагорн, – ответил устало, но вместо того чтобы задать вопрос о землях, почему-то кивнул в сторону коридора. – Когда он уже поумнеет?

– Мудрость даётся тому, у кого есть опыт…

– …А опыт – тому, у кого есть сила, – закончил я старое изречение и улыбнулся. – Это тебе надо было взять бразды правления в свои руки после смерти отца, Дайнагорн.

– Что вы, мой вождь. – Мужчина вновь поклонился. – У меня давно закончилась сила.

– Чтобы она у меня так закончилась в твоём возрасте, – не сдержался и фыркнул я. Дайнагорн лукавил. Жизнь ларка заканчивается только тогда, когда он не может поднять свой дентайр. – Ладно, рассказывай, как обстоят дела с Сухими Песками.

– К сожалению, они растут, мой вождь. Южный ветер усилился, на прошлой неделе мы потеряли ещё три дерева.

– Три дерева… – эхом отозвался, чувствуя, как горечь растекается в грудной клетке. Уму непостижимо! Три ракхаши, а ведь это души наших предков! Мысли о незваных гостях с Танорга отошли на второй план на фоне этой трагедии. – И ничего нельзя было сделать?

Дайнагорн отрицательно покачал головой.

– Но есть и хорошая новость, мой вождь.

Пожилой ларк вновь склонился.

– Какая же? – спросил, не скрывая скептицизма.

– Скоро будет цветение.

Глава 5. Последний шанс

С момента, как я согласилась на участие в операции, дни закрутились как нейтронная звезда вокруг своей оси – с бешеной скоростью. Каждая свободная минута – на вес драгоценного муассанита.