И только смерть разлучит нас (СИ)

- Трое, Дениз, сил моих больше нет! Ведь ты к нему тянешься, плавишься в руках супруга, а он с тебя голодного взгляда не сводит - чем вы ночами занимаетесь, стесняюсь спросить? Только не говори, что по отдельности греете края кровати, оставляя середину мёрзнуть…

- Няня?!

- Что – няня? Ты – взрослая женщина, а ведёшь себя, как ребёнок! Муж с неё пылинки сдувает, а она жалеет ему ласки!

- Я жалею?! Где??

- Ох, Дениз, была бы я сочинителем баллад, я бы ответила тебе так складно, как в песнях слагают, прямо в рифму! Но я обычная женщина, поэтому отвечу без стихов, по-простому – прекращай издеваться над мужем и собой! Разреши уже, наконец, вам всё, на что супруги имеют право!

- Няня??!

- Ведь и тебе самой нужна мужская ласка, это в женской природе заложено! А вы, два глупца, только вздыхаете да взглядами друг друга прожигаете. Скоро твой живот так вырастет, что не до утех будет, пользуйся, пока ещё возможно!

Герцогиня покраснела.

- Странно ты говоришь, ничего мне не нужно! – на память тут же пришла консуммация. – И ничего приятного в этом нет, по крайней мере, для женщины. Поцелуи и объятия приятны, верно, но ими меня муж не обделяет.

- Ох, Дени, что ты там видела, что успела распробовать – за один короткий час четыре месяца назад, когда твоему мужу в затылок дышали свидетели? Позволь герцогу подарить тебе наслаждение, поймёшь тогда, чего столько времени себя и его лишаешь.

- Как же я позволю? Прямо скажу? Стыдно и… страшно…

- Глупенькая, ничего говорить не нужно, просто доверься своему телу и не сопротивляйся желаниям!

Разговор запал ей в голову, и Дениз не один день думала о советах няни, не зная, последовать им или оставить, всё, как и прежде.

Демьен на самом деле с неё пылинки сдувал, лишь на короткое время отлучаясь по делам герцогства. И на эти моменты рядом всегда находились няня и один из целителей."

"Дениз хихикнула, вспомнив потрясённое лицо мэтра Гостара, когда они впервые здесь встретились. И его продолжительный обморок, когда император, буквально лучась от радости, сообщил целителю, что Дениз – хозяйка поместья и до родов будет здесь жить. А он назначается хранителем её чрева, и в помощь ему прикрепляется мэтр Тавис. Странное тогда выражение было у императорского целителя, будто он долго пытался избежать какой-то беды, но она его всё равно догнала. Видимо, мэтр не рассчитывал на новую встречу с проблемной герцогиней, но ничего, через два дня был как новенький, только седины добавилось, да с лица спал. И теперь по десять раз на дню проверяет её здоровье и состояние ребёнка.