И только смерть разлучит нас (СИ)

- Дени… Знала бы ты, что со мной делаешь…

А она, поддавшись острому желанию, потянулась навстречу и сама прикоснулась к его губам…

Герцог замер на долю секунды, а потом превратился в бушующий шторм.

Трое, как он её целовал! Нежно, бережно, потом яростно и властно. И снова невесомо – языком по губам, лёгкий поцелуй в уголок рта… У неё напрочь снесло голову, мозг расплавился в кисель, ноги стали ватными, а внизу живота разгорелся настоящий пожар. Казалось, ей не хватает воздуха, и только поцелуи мужа дают возможность дышать и жить.

- Маленькая моя, - с трудом оторвавшись от жены, Демьен ткнулся влажным лбом в её волосы, дыша так, будто бы бегал наперегонки с лошадью. – Что ты со мной делаешь? Я… с ума схожу… А тебе нельзя. Боюсь напугать или навредить."

"- Что именно мне нельзя? – поинтересовалась Дениз, чувствуя разочарование и пустоту. А ещё – странное томление и желание чего-то такого… Она не представляла, чего именно ей так остро, так невыносимо хочется, но не менее остро осознавала, что умрёт, если не получит.

- Тебе почти ничего нельзя, - Демьен немного пришёл в себя, но целовать жену больше не пытался.

Дениз хотелось плакать от разочарования – и это всё? А что ей делать с огнём, который жёг её изнутри, требуя продолжения?

- Расскажи, что ты бы хотел сделать? – выдавила из себя она, стараясь удержать слёзы. Эти гормоны… из-за них она сама не своя!

- Я бы хотел, - от его голоса с хрипотцой, в животе у Дениз ощутимо и сладко потянуло. Не ребёнок, нет! Что-то такое… такое… Она едва удержала стон.

- Целовать тебя. Везде! Всю! – продолжил Демьен, отстраняясь, будто бы боялся, что начнёт прямо сейчас демонстрировать ей всё, о чём говорит. – Распустить твои волосы, зарыться в них пальцами и ласкать тебя, пить твои стоны и всхлипы, дышать одним воздухом. Потом я бы спустил с твоих плеч сорочку и продолжил поцелуи. Ниже. Ниже – до умопомрачительных вишенок.

Дениз судорожно вздохнула, вживую представив, что он это и вправду с ней делает. И странно - по мере того, как Демьен перечислял, она ощущала в называемых им местах приятное покалывание и сладкое, предвкушающе-бесстыдное томление. Ожидание чего-то ошеломительного и пряное нетерпение – когда же? Ей до ужаса хотелось, чтобы вместо разговоров, муж продемонстрировал всё прямо на ней.

- Я бы любил тебя – долго и нежно, медленно, растягивая удовольствие, пока ты не закричишь от наслаждения. Ты не представляешь, как я хочу сжать рукой… Прости… рядом с тобой мне очень трудно сдержаться! – и он, вернув жену в кресло, встал и отошёл, повернувшись спиной. – Нам нельзя, - больше себе, чем ей произнёс герцог.

- Что нам нельзя? – переспросила Дениз. – Любить друг друга?

- Любить можно и нужно, спать вместе нельзя.