Алая сова Инсолье (СИ)

Пока я думал, как вплести свинью в оглобли, попутно таскал пожитки со второго этажа трактира и осторожно, чтобы не разбудить, нес свою святую сволочь, во дворе нарисовался трактирщик с узлом тряпья.

Жадный боров только вздыхал, глядя, как я укладываю в повозку сначала солому, потом одеяла, сверху подушки — все, какие нашлись в нашем номере и парочке соседних. Ничего, потерпит. Люблю путешествовать с комфортом. А маленькую тощую дуру вообще надо завернуть в вату, посадить в баночку и носить в кармане. Чтоб не убилась! Раньше времени, я имею в виду. Когда надоест, я ее в этой «баночке» сам же медленно и замариную, как бабочку в самогоне.

Короче, припасов я с трактирщика тоже стряс. Похоронную упряжь заставил снять с ворот — она там висела, отпугивая «смерть», которую невежи представляли в виде белого призрачного мерина с черепом вместо головы. Упряжь как раз была меньше обычной, кабану подошла как родная. Иногда жадность бывает на пользу, ведь деревенские просто пожалели материалов на нормальную, понимая, что «похоронную» никогда не наденут на живую лошадь.

Итак, святую упаковал, кабана приструнил и заставил работать. Так… ничего не забыл? Можно трогаться?

Пока я раздумывал, в какую сторону, собственно, мы поедем, мимо трактира по дороге промчался всадник. Заметный такой всадник, в ярко-алом плаще да с перьями в башке. Чисто индюк.

Я едва собственный капюшон успел натянуть до подбородка. Та-а-ак… Это еще что? Чего это храмовый гонец несется в сторону площади, как на пожар? А не святую ли ищет? Алые совы опомнились?

Шатта лысого им всем. Это моя сволочь!

Так, с направлением определились. Едем в другую сторону от храмовых земель. И быстро! А на трактирщика, чтоб лишнего не сболтнул, накинем одно интересное проклятьице… Он его при контакте рассеет на всех своих слуг, домочадцев и постояльцев. Лично я эту волшбу называю мозговыми блохами. Сам придумал. Практически одна из самых безобидных пакостей в моем арсенале. Рассеивают внимание и хорошенько так наводят сумбур в голове.

Слепую девчонку в красном, может, кто и вспомнит. Но сказать, куда она делась, — тут уж ищущим придется постараться, чтобы собрать хоть какое-то подобие реальной картины. Скорее всего, все укажут им разное направление. Жаль, нельзя остаться и посмотреть на обескураженные святые рожи…

Пшел, мой дохлый свин! Шустрей перебирай копытами. Сам ты скотина! И это даже не оскорбление, а констатация факта.

Я так поняла, мы торопимся. Почему, куда — вопрос отдельный. Но мой спаситель, погрузив меня в небольшой, почти игрушечный, фургончик, сначала расшвырял по окрестностям фиолетовые сгустки, похожие на мелких и очень шустрых блох, а потом уселся на козлы и принялся погонять Хрюшу.

Удивительно было то, что мой друг не возражал.