Александра - наказание господне

Неизвестно еще, залетит ли эта кукушка в их гнездо!

– Выходит, князь до сих пор по подсказке матери живет?

– Ну что ты, конечно, нет! Однако уважает и прислушивается к ее советам. Да и княгиня только на вид суровая да властная. Пока старый князь не захворал, они почти все время здесь жили. В Петербург редко наведывались. Так она часто со мной советовалась, а то, бывало, и поплачет у меня в комнате. Когда Кирюше с женой не пожилось, она сильно переживала, хотела, мол, как лучше, а ничего хорошего не получилось!

– Мадемуазель Александра! Прошу вас через пять минут быть в моем кабинете! – прозвучало вдруг за их спинами. Женщины вздрогнули, Саша обернулась. На нее смотрел Кирилл Адашев. По гневным искоркам в его глазах девушка поняла, что он взбешен.

– Надеюсь, я не помешал вашей содержательной беседе?

– Ни в коей мере! – сухо ответила Саша.

– Вероятно, я должен вас проводить, чтобы вы в очередной раз не потерялись? – князь несколько сбавил тон.

– Спасибо, но дорогу я знаю! – Улыбнувшись Агафье, девушка с вызовом посмотрела на Адашева и направилась к кабинету. Князь молча следовал за ней. Нянька, вздохнув, в который раз уже перекрестилась.

Двери кабинета захлопнулись. Кирилл, молча заперев их, подошел к девушке:

– Саша, что случилось? Почему ты уехала и ничего мне до сих пор не объяснила? Я целый День схожу с ума, а ты словно избегаешь меня. – Он попытался обнять ее, но девушка, отведя его руки, отошла к камину.

– Возможно, я ошибаюсь, но сегодня вы сходили с ума по другой причине. Ваша невеста была рядом с вами, и поэтому я не смогла улучить момент, чтобы объясниться. Я допускаю, что ей до сих пор неизвестно, с кем вы провели ночь!

– Саша, милая! Все не так просто! – Кирилл шагнул к ней, но Саша подняла перед собой ладони.

– Не подходите ко мне! Я все прекрасно понимаю! Минутный порыв способен разрушить покой и благоденствие, к которым вы так стремитесь! У вас прекрасная невеста, с которой не стыдно появиться в обществе, и вдруг такая оплошность! Переспать с безобразной гувернанткой, и где? В жалкой лачуге, на грязной кошме!..

Адашев подошел к ней и обнял, крепко прижав к груди:

– Успокойся, пожалуйста! Ты сейчас вне себя от злости и не понимаешь, что говоришь! Давай обсудим все спокойно, без взаимных обвинений и упреков.

– Я никого не собираюсь ни обвинять, ни упрекать! – прошептала Саша, пытаясь отвернуть лицо от его губ. Но Кирилл, отогнув воротник, принялся целовать ее шею.