Альфа ищет пару

Это грозило кончиться катастрофой в размерах клана лис…

Суворов несся на машине по окружной дороге, останавливаясь через каждые несколько километров. Заглушал машину, выходил на обочину и прислушивался к себе. Волк смотрел на мир, четко сигнализируя человеческому обличию, в правильном ли направлении он двигается. Сканировал пространство, нутром чуя, где искать лисицу. Он взывал к ней, хотя раньше и подумать не мог, что так возможно. А она отвечала, волей или неволей — Стас не знал, да и это было не важно. Главное, что он шел к своей цели, к своей паре. И расстояние, разделяющее их, не являлось преградой. Только не сейчас, когда два «я» — животное и человеческое — слились в одно целое. Когда в нем открылись возможности, о которых он раньше и не подозревал.

Суворов ощущал небывалую уверенность и силу, бившую в нем ключом, словно он перешел в режим охоты, выслеживая желаемое. А Катя для него была не просто желанна, Стас был почти одержим ею. И наконец-то признался себе в этом.

Дела стаи стали вызывать раздражение, призывные взгляды волчиц — досаду, а ночи стали долгими и одинокими. Никогда он не страдал бессонницей, и стоило подушке коснуться одеяла — тут же засыпал. Даже когда страдал от неразделенной любви к той человечке, Елене… Хотя, какой любви! Влюбленности!

Потому что любовь, оказывает, не только доставляет приятные ощущения, наполняя каждую клетку счастьем — она рвет душу на куски. И это ее обратная сторона. Разбивает твою жизнь на осколки «до», и осколки «после». И только с ней эти стекляшки складываются в единую картину. Только когда она рядом можно смотреть на мир со спокойствием черепахи. Она — настоящее, та, с которой хотелось бы дышать одним воздухом, смеяться над одними шутками, решать одни и те же проблемы. Чтобы жизнь была одна на двоих.

Суворову трудно далось смирение с тем, что он так глубоко попал. Его две составляющих — животная и человеческая, чуть не уничтожили друг друга, сведя с ума. И только общая беда и общая цель свела их вместе, сплела в один узел так, что стало непонятно, где заканчивается человек, и начинается волк.

Стас не слышал о таких случаях из истории оборотней. Всегда одна из сторон преобладает над второй, и никогда до этого времени они не шли в тандеме ни у одного из представителей. По крайней мере, Суворов не знал о таких случаях. Но ни один из волков и не оказывался в такой ситуации! Не был так запутан, окручен вокруг пальца! Не погряз в своих же выводах!

Он управлял собой, как никогда раньше. Сила духа держала в ежовых рукавицах обе его стороны, он шел вперед, словно танк, прочесывая сотни километров. И к середине ночи он смог четко обозначить радиус, где должна быть его лиса, его пара.