АН-2 (СИ)

Князь выпустил меня из объятий, новый подходить не спешил. Круг разорвался, пары начали разбиваться, перемешиваться. Кое-кто из невест спешил к столикам — освежиться. Сколько времени длился танец? Выдержать такое на самом деле непросто. Впрочем, девушки, которые повыносливее, не спешили покидать центр зала — оглядывалась в поисках очередной жертвы их обаяния. Вдруг кто обратит внимание, пригласит на еще один танец?

А я снова посмотрела на портьеры, за которыми скрылся Арейш. Ну где же он? До сих пор исцеляет? Или уже не только исцеляет?! Дорвалась Исарра, захватила Арейша в свои сети… Осознание, что крепко сжимаю руки в кулаки, настолько, что длинные ногти впиваются в кожу, опомнилась. Так, спокойно, Эвелин. Спокойно! В конце концов, Арейш сам вправе решать. Это шиаги выбирают, а не наоборот. Если он заинтересовался Исаррой, значит, сам так захотел. Все хитрости надменной брюнетки здесь совершенно ни при чем. Шиаги выбирают. Да пошел Арейш к вурдалакам на кладбище!

Я встряхнула руками и направилась к выходу на балкон. Кажется, видела тут неподалеку… Мне определенно нужно проветриться! Иначе… боги, как же хочется что-нибудь взорвать! Наверное, даже хорошо, что временно магия мне неподвластна. Очень надеюсь, что действительно лишь временно.

По пути отметила, как Таннаш проталкивается через толпу шиагов ко мне, однако останавливаться не стала. Захочет — на балконе отыщет. А мне нужно на свежий воздух!

Ночной воздух коснулся обнаженных плеч, обдал прохладой разгоряченную кожу, остудил отчего-то пылающие щеки.

Неужели я переживаю из-за Арейша? Из-за того, что он там устроился на диванчике, скрывшись от посторонних взглядов за плотными портьерами, наглаживает теперь якобы подвернувшуюся ногу, а может быть, не только наглаживает и не только ногу? Переживаю? Да! С Иссарой! Ладно еще эта глуповатая Лойлана, которая его раздражает, которой Арейш сам себя наказывает. Но Исарра? Эта надменная брюнетка, полагающая, будто весь мир крутится вокруг нее одной?!

Сама не заметила, как начала ходить из стороны в сторону. Я слишком увлечена была своими мыслями и потому поздно почувствовала, что на балконе уже не одна. Развернувшись рывком, уткнулась носом прямо в чью-то грудь. Горячие ладони тут же опустились мне на плечи, сжали. Я ойкнула, попыталась отстраниться, только мне не позволили. Подняла глаза, встретилась взглядом с Арейшем.

Не нашла ничего лучше, как спросить:

— Что Вы здесь делаете?

— А Вы, леди Эвелин, полагаете, что никто, кроме Вас, не может выйти на балкон? — со смешком спросил Арейш, внимательно вглядываясь в мое лицо.

— Нет, что Вы. Извините, не буду Вам больше мешать.

Я снова попыталась высвободиться, но Арейш удержал.

— Нам нужно поговорить.

— Нам? — переспросила я удивленно.