Ангел для Лютого

Скажешь хоть слово — будешь оштрафована.

— Как? — вырвалось у меня.

— Вот так… — произносит он с усмешкой, и тут же его губы накрывают мои.

— М-м-м… — попыталась я возразить.

Но добилась только того, что язык Лютова ворвался в мой рот. Смирилась, и вновь меня охватило странное головокружение. А он, почувствовав мою капитуляцию, резко прервал поцелуй.

— М-м-м, какое вкусное наказание, правда? — задал он провокационный вопрос. Молчу, я и от этого ещё не пришла в себя. — Вредная девчонка, — хохотнул он и подхватил меня на руки, понёс, наверное, к столу.

Когда он поставил меня на ноги, я поняла, что не ошиблась: почувствовала столешницу попой. Лютов принялся меня раздевать, прохладный воздух коснулся оголённых им плеч, и я на автомате выпалила:

— Давайте я сама…— И тут же замолчала, поняв, что вновь нарвалась на штраф.

Лютов лишь рассмеялся и продолжил снимать с меня одежду. И когда он закончил, мои нервы были на пределе, казалось, ещё немного — и я сорвусь. Как же мне хотелось закричать: «Прекратите!». Но я держалась из последних сил, ради сестры я готова была стерпеть и это.

— Расслабься, ангелок, иначе наша сделка считается расторгнутой.

Лучшей мотивации, чтобы вынудить меня расслабиться, он придумать не мог. Вновь приняла правила его игры. Через повязку, что он надел мне на глаза, не пробивался свет, и я решила представить, что это всё происходит во сне. Больше ничего придумать не смогла. И тут его горячие руки коснулись талии, я от неожиданности вздрогнула.

— Успокойся, маленькая, я всего лишь хочу тебя усадить на стол, — произносит он со смешком и, приподняв меня, сажает на столешницу.

Она была чем-то накрыта — я почувствовала ягодицами ткань. И тут Лютов резко раздвигает руками мои ноги и устраивается между них. Мне дурно, я готова провалиться под землю от стыда. Быстрее бы всё кончилось! «Ну, приступай скорее!» — взмолилась мысленно. А он, как назло, медлит, тишина, что воцарилась в его кабинете, оглушает. Звук пряжки расстегивающегося ремня, а следом и молнии, ударили по оголённым нервам. Чудом удалось сдержать стон отчаяния.

— Откинься немного назад, — прозвучал очередной приказ мужчины, и его рука надавила мне на ключицу. Превозмогая стыд, подалась назад. — Стоп, — очередной приказ, замерла почти под углом сорок пять градусов. — Ангелок, от одного твоего вида можно кончить… — обдало моё ухо горячее дыхание Лютова, я затаила свое в ожидании его дальнейших действий.

Он вновь медлил, видимо, наслаждаясь моей уязвимостью. С каждой секундой мне становилось всё хуже, сердце билось с такой силой, что казалось, пробьёт грудную клетку. Я уже готова была умолять его действовать и тут почувствовала горячую руку у себя на пояснице, рывок — и я оказываюсь на краю стола.