Ангел для Лютого

— Не теряй времени даром, возможно ты с ней не скоро вновь сможешь увидеться, послезавтра мы её передадим властям.

Зашла внутрь, там царил полумрак, сквозь щель в двери одной из комнат пробивался слабый луч света, от ночника, наверное. Тут я слышу жалобный всхлип сестры, рванула туда, открываю дверь, чтобы войти, и замираю, как вкопанная, не в силах сделать и шагу. Казалось, ноги приросли к полу, моя малышка лежала в позе эмбриона и тихо плакала.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Диана… — дрогнувшим голосом выдавила из себя её имя.

Она застыла и медленно приподняла голову, поворачиваясь лицом ко мне. Увидев её, чудом смогла сдержать вскрик, что рвался наружу. Лицо сестрёнки опухло от слёз. Не знаю, как смогла справиться с накатившими на глаза слезами, их жгло, словно прыснули из перцового баллончика. Наверное, помогло то, что я понимала — ей сейчас нужна моя поддержка, а не мои слёзы.

Она, вновь всхлипнув, потянула ко мне руки, как делала, когда была ещё маленькой, ища в моём лице поддержку и защиту.

Я сорвалась с места и, подлетев к ней, заключила в объятья. Та разрыдалась и, уткнувшись мне в плечо носом, повторяла одно и тоже слово: «Помоги… помоги». Так мы и просидели с ней приблизительно минут пять, она рыдала, просила о помощи, а я её успокаивала, насколько это было возможно в данной ситуации.

— Всё, сестрёнка, потом поплачем, — стирая слезы с её лица, перешла я к делу. — Сейчас мне расскажешь, что произошло и почему тебя удерживают эти люди.

— Я… — начала она, и голос её надломился, опустила взгляд.

— Диана… — с нажимом произнесла её имя, — у нас времени мало, рассказывай, иначе я даже не знаю, чем тебе помочь. Ты действительно украла деньги и информацию? И правда передала её террористам?

— Да, — чуть слышно произнесла она.

Её тихое «да» оглушало, хотелось закрыть уши и завыть. Боже-е-е, я даже не представляла, что можно сделать в этом случае!

— Мила, я не понимаю, как я на такое могла пойти. Сейчас чувствую себя куклой, а опытный кукловод дёргал за мои верёвочки. Это была я и не я одновременно…

От её признания стало ещё хуже, слышала мельком подобные истории, как девушек словно зомбировали, но никогда даже в мыслях не могла представить, что это коснётся моей семьи.

— У кого ты украла? — осторожно спрашиваю, боюсь, что она вновь разрыдается, а я ничего толком не узнаю.

— У Андреева, ему нужен был перевод с арабского, ещё кое-что на арабский. Предложили меня, так как я очень хорошо его знаю. Он взял с меня расписку о неразглашении, я согласилась, и начали работать.